Компания направилась к Стоваллу, в его каморку на 11й Западной, где их ждали апельсины и лед, когда Питер Пайпер вспомнил о небольшом местечке, в котором джин подается неразбавленным и не дерет горло. Стаканы уютно скучены на столе, все, кроме Джонни, отпивают из них и ставят на место. Беседа оживает, становится более откровенной. - Фил Селлаби? О, старания великого Фила наконец увенчались успехом: на днях жена родила ему ребенка, и книга, над которой он корпел всю зиму, скоро увидит свет. Он мучился не меньше своей жены. Вы кстати ее знаете? - Кажется, у Рэна Вальдо некогда были с ней довольно близкие отношения. Но сейчас, я слышал, она образумилась – tres serieuse – tres bonne femme . - В таком случае должна получиться довольно чудная книга. Все дело в женщинах. Ничего путного не выйдет ни из-под пера, ни из женитьбы, если ты влюблен в свою жену. Желание любить и желание творить не могут существовать в гармонии. Что-то одно всегда преобладает, а другое отходит в сторону. Невозможно установить между ними равновесие, если ты, конечно, не Гёте.. - Чушь! Вспомни Россетти, Браунинга, Августа Джона, Уильяма Морриса! - Браунинг! Да что мы знаем о Браунингах! Рики Френч хмелеет, но выдает его только неестественное желание сформулировать свои мысли предельно точно. - Несчастливый брак – вот лучший источник вдохновения,- говорит он аккуратно, но неуверенно, - все остальное ерунда! Питер Пайпер указывает в сторону Оливера. - О, прошу прощения! Помолвлен, вы сказали? Простите ..извините ..очень. Книга? - Ага, сборник стихов три года назад. А сейчас он пытается продать свой роман. - Да, да, да, да. Помню. «Каникулы танцора» - это он написал? Хорошая вещь, чертовски хорошая. Жаль, но это безнадежно. Точка. Зачем они поженились? Тема обреченности в любви захватывает собеседников. Эти люди еще молоды, мысли о ней их завораживают и вместе с тем пугают. Они хотели бы открыть универсальную формулу любви, но лишь недоуменно разводят руками, подобно садовнику, который вопреки всем законам генетики вырастил голубую розу. Много позже они будут отчаянно благодарны за то, что существуют хоть какие-то законы. Говоря об этом Рики Френч походит на анатома перед бездыханным телом. «Внимание, господа – мы добрались до сонной артерии. Приготовьте свои скальпели…» - Ловушка искусства в том, что оно не обеспечивает достойным содержанием, пока не становится бизнесом. - Ловушка искусства в том, что так было всегда. Лишь единицам везет… - А ловушка для искусства - женщины. - И искусство – ловушка для женщин. - Да что женские ловушки, что ловушки искусства! Что я имею в виду?