Компания не спеша идет по Одиннадцатой Западной улице, направляясь в тесную комнатушку Стовалла, как вдруг Питер Пайпер вспоминает, что есть такое местечко, где джин не разбавляют водой из-под крана, и в то же время он не жжет, точно адское пламя. Вот, стаканы встречаются на столе. Все, кроме Джонни, опустошают их, стаканы встречаются снова. Разговор струится быстрее, искренней. - Фил Селлаби? О, у нашего Фила как раз появился ребенок... ну, у его жены появился, а Фил всю зиму сидел за книжкой, ну а совмещать и жену, и книжку – это еще та проблема. Знаешь, кто его супруга? - Конечно. Я думаю, Рен Вальдо тискал ее от случая к случаю, однако сейчас она изменилась – такая серьезная... такая тетя... - Спорим, книжка Фила обречена на провал. С женщинами всегда проблемы. Если ты любишь жену, то писать и быть при этом в браке, ну, просто невозможно. Инсти-сти... инстинкты сотворения – вещь необходимая в обоих случаях. Используем их для чего-то одного, и для второго их просто не останется... конечно, если ты, например, не Гете... - Вздор! А как же Розетти, Браунинг, Огастус Джон, Уильям Моррис... - Браунинг! Боже мой, да когда же общество узнает о Браунингах правду! Рикки Френч потихоньку пьянеет, но отражается это лишь в желании насытить фразы идеальными словами, для пущей убедительности. - Несчастливый брак – это оч-чень хорошая стимул-ляция, - тщательно, но не слишком твердо, выговаривает он. – Все остальное – ерунда! - Прошу прощения! Ты говоришь, надо обручиться? – Питер Пайпер тыкает пальцем в сторону Оливера. – Извини, но ведь он... Он пишет? - Ага. Сборник стихов. Года три назад. А сейчас он пытается продать целый роман. - А-а... да-да-да. Вспомнил. «Плясуны на отдыхе» - хорошая книжка. Чертовски хорошая. Тем хуже. Конец такого писателя. Зачем только он женился! Беседа делает вираж к мрачным последствиям любви. В компании все молоды, тема любви волнует их, будоражит, беспокоит. Они хотят придумать единый код, описывающий каждую черточку любви, но результат поражает их, как неприятно удивил бы ботаников синий цветок алтея, который, согласно всем законам изменчивости, должен быть розовым. Пройдет еще много лет, прежде чем они перестанут ругать взаимно несовместимые правила этой игры и скажут спасибо, что они вообще есть. Рикки Френч изо всех сил старается изобразить хирурга, склонившегося над усыпленным человеком. - Смотрите, господа, вот тут проходит сонная артерия. Теперь вставляем сюда скальпель... - Проблема в искусстве в том, что оно не приносит достойного заработка, конечно, если вы не хотите превратить его в источник постоянной прибыли... - Проблема в искусстве в том, что никому, кроме двух-трех счастливчиков, это никогда не удавалось... - Проблема в искусстве – это женщины. - Проблема с женщинами – это искусство. - Вот я и говорю, проблема в искусстве... то есть в женщинах... то есть... смените пластинку! Так, о чем я говорил?