Питер Пайпер внезапно вспомнил местечко, в котором продают отличный джин - не разбавленный сверх всякой меры, но и не жгучий, и компания перебралась в тесную, как собачья будка, квартирку Стоваля на 11-ой Западной улице, поближе к запасам апельсинов и льда. На столе появились высокие бокалы, соблазнительно поблескивающие содержимым. Разошлись. Появились снова. Пьют все, кроме Джонни. Говорят неспешно, искренне. “Фил Селаби? Слушайте, у старика Фила недавно родился ребенок... ну, в смысле, у его жены, а сам он всю зиму работал над книжкой... и как он их только совмещал?! Знаете, на ком он женился?” “По-моему, у Рэна Уолдоу когда-то была с ней интрижка. Говорят, теперь она стала другой. Примерная жена... tres serieuse, tres bonne femme…¹” “В таком случае, держу пари, книжка выйдет бестолковая. Беда с этими женщинами. Невозможно остаться художником, будучи влюбленным в свою жену. В искусстве и в браке нами движет один и тот же исти...инстинкт созидания... Потратишь свои силы на одно, на другое уже не хватит.... разве что, ты, подобно Гете...” “Ерунда! Взять хотя бы Росетти... Браунинга... Уильяма Мориса... Огастеса...” “Браунинга!.. Друг мой, мы ведь знаем правду о Браунингах!” Рики Френч немного пьян, хотя выдает его лишь то, как мучительно он подыскивает слова, пытаясь быть убедительным. “Нь-несчастный брак... источник... в-вдохновения”, - произносит он, подолгу обдумывая, но решительно выговаривая каждое слово. “Остальное... вздор!” Питер Пайпер украдкой показывает на Оливера. “Ох простите! Вы помолвлены? И, кажется, говорили мне? Простите... виноват... очень... Пишет?” “Сборник стихов три года назад. Теперь – роман. Ищет издателя”. “Ах да-да-да. Помню. “Каникулы без танцев" он написал? Отличная вещь. Чертовски хороша. Жаль. Т-так... Отбой. Почему они женятся? Начинаются тоскливые рассуждения о любви. Они молоды и почти у всех возможная встреча с этим чувством вызывает беспокойство, растерянность и страх одновременно. Сейчас они верят в то, что любовь во всех своих проявлениях подчиняется неким общим законам, поэтому говорят о ней с досадой цветовода, у которого вопреки всем законам селекции вместо красной шток-розы вдруг выросла голубая. Однако пройдет время, и жалобы на противоречивые правила игры обязательно сменит сдержанная благодарность за то, что есть хоть какие-то правила. Рики уже напоминает патологоанатома в окружении студентов на практическом занятии в морге. “Господа, прошу Вашего внимания! Это сонная артерия. Если мы сделаем надрез здесь...” “Проблема искусства в том, что оно не может обеспечить художнику достойное существование, если, конечно, он не зарабатывает на вкусах толпы”. “Проблема искусства в том, что оно никогда и не обеспечивало достойного существования художнику, если не считать нескольких везунчиков”. “Все неудачи в искусстве из-за женщин”. “Все неудачи с женщинами из-за искусства”. “Проблема искусства... то есть, неудачи с женщинами... Черт!.. Прекратите это! Что же я хотел сказать?” ¹ серьезная, порядочная женщина... (франц.).