«Похороненные заживо» Дженифер Ли Каррел. Мы остановились у обочины и уставились через всю улицу на мою гостиницу. - Ты здесь остановилась?, - перекрывая гул улицы, закричал Бен. Я кивнула и сделала шаг на тротуар. Он взял меня под руку . - Под своим именем? - Моны Лизы, - огрызнулась я, облизывая губы. - Под чьим же еще? - Тебе нельзя туда возвращаться. - Да, но полиция не … . - У нас есть чего опасаться более полиции. Я было открыла рот, чтобы возразить, но опомнилась. «Проклятая Кэйт»,-прошептал убийца прямо мне в ухо. Он знал как меня зовут. Если он продолжал следить за мной, то «В Гарварде»- гостиница, ближе всех остальных расположенной к библиотекам, - будет первой, что он проверит. Но куда же мне пойти. - Идем ко мне, - предложил Бен. Другого выбора не было. Мы поспешили через Мэс авеню затем вверх по Бау стрит к Маунт Оберн, потом через ДжиЭфКей и пробежали позади площади Гарварда. Он становился у реки, в отеле Чарльз. Странное смешение пустого городского шика и фермы Новой Англии, Чарльз был самым роскошным отелем в Кембридже, местом , где останавливались члены титулованных и правительственных семей, когда они приезжали навестить своих детей или писали свои докторские в Гарварде. Это место, о котором только могли мечтать аспиранты, втиснутые в безвоздушные квартирки Сомервиля. Я никогда не была ни в одном из его номеров. У Бена был не просто номер, а номер люкс. Меня впечатлили пурпурные кушетки, высокие черные стулья, со спинками похожими на лестницы, стоящие как стражи вокруг обеденного стола, на конце которого находился ноутбук и были разбросаны бумаги. Позади стола – окна, из которых видно весь блеск города. Купола прибрежных домов еще светились как фонари, хотя серебряные полосы рассвета уже раскалывали восточное небо. Крепко сжимая книгу, я не решалась пройти. «Почему я должна доверять тебе?»,- спросила я снова. - У тебя есть все причины для сомнений, - ответил Бен, - но, если бы я хотел навредить тебе, то давно бы это сделал. Я же уже говорил, что Роз наняла меня, чтобы защитить тебя. - Любой может так сказать.- Где-то совсем рядом его пистолет сверкнул и исчез из вида. Быстро шагнув за меня, он закрыл дверь. Я вдруг осознала, что он высокий, а его зеленые глаза широко посажены. Он откашлялся. « В делах людей прилив есть и отлив, с приливом достигаем мы успеха. Когда ж отлив наступит, лодка жизни по отмелям несчастий волочится.»(1) Эти строчки прозвучали как рекомендательное письмо от Роз. Ее любимая цитата из Шекспира, хотя она не решалась признать это, по той причине, что любимые цитаты обычно были сентиментальны, обыденны и предсказуемы. Тем не менее, этот отрывок из «Юлия Цезаря» отражал простую философию, согласно которой она жила и которую пыталась постепенно внушить и мне. И когда я действительно признала ее и - попыталась схватить ту мимолетную возможностью в театре- она взвыла в протесте, посчитав мой уход от учебы, как отказ, трусость и предательство. Я же выкрикнула эти слова из «Цезаря» прямо ей в лицо в ту ночь, когда мы расстались. И только позднее я вспомнила, кто их сказал: Брут- ученик, оказавшийся убийцей. (1) Пер. М.Зенкевич