Мы остановились у бордюрных камней, стоящих вдоль улицы к моему отелю. – Ты поселилась здесь? – Бен перекрикивал уличный шум. Я кивнула и шагнула на тротуар. Он положил руку мне на плечо: – Под своим именем? – Как Мона Лиза, – огрызнулась я, облизнув сухие губы. – Под чьим бы ты думал? – Тебе нельзя туда возвращаться. – Полиция не … – У нас есть о чем ещё побеспокоиться кроме полиции. Я открыла рот для резкого возражения, но удержалась. Убийца шипел мне в ухо: «Кейт мерзавка». Он знал мое имя. Если он пойдет искать меня, то «Гостиница в Гарварде» – ближайший к библиотекам отель – будет самым первым местом, куда он наведается. Но куда ещё я могла бы пойти? – Ко мне, – сказал Бен. На самом деле другого выбора не было. Мы быстро пересекли Массачусетс Авеню и повернули вверх по Боу Стрит и по Маунт Оберн (1) пересекли ДжФК (2), спешно прошагали через дальнюю окраину Гарвардской Площади. Бен жил у реки, в отеле «Чарльз». Причудливая смесь легкой городской элегантности и фермерского жилья Новой Англии, «Чарльз» был самым роскошным отелем в Кембридже, в нем селились члены королевских семей и различные гендиректора, когда навещали своих детей или посещали докторов в Гарварде. Место, о котором выпускники так мечтали, сжалось до душных комнат в Сомервилле. Я никогда не бывала там. У Бена была не комната, у него был многокомнатный номер. С порога меня впечатлили пурпурный диван и высокий, со спинкой похожей на лестницу, черный стул, стоящий стражем вблизи гостиного стола, полностью покрытого с одного края разбросанными бумагами и портативным компьютером. Поодаль ряд окон, выходящих на сверкающий город. Своды домов у реки всё ещё освещались фонарями, хотя серебристые прожилки рассвета уже расщепляли небо на востоке. Крепко прижав к себе книгу, я так и замерла в дверях. – Почему я должна доверять тебе? – спросила я снова. – У тебя есть все поводы для сомнений, – сказал Бен. – Но если бы я хотел причинить тебе вред, то уже сделал бы это. Я же объяснял, Роз хотела тебя защитить, и наняла меня. – Любой мог бы сказать это. Где-то по ходу дела его пистолет растаял и забылся. Бен поспешно шагнул позади меня и закрыл дверь. Он высокий, неожиданно осознала я, и у него широко посаженные зеленые глаза. Бен прокашлялся: – В делах людей бывает миг прилива; Он мчит их к счастью, если не упущен, А иначе все плаванье их жизни Проходит среди мелей и невзгод. (3) А ведь Роз могла и ему передать письмо с рекомендациями. Это была ее любимая цитата из Шекспира, хотя она стеснялась признать это на том основании, что, вообще-то, наличие излюбленных цитат – признак излишней чувствительности, мещанства и предсказуемости. Тем не менее, этот отрывок из «Юлия Цезаря» возведенный в философскую убежденность, что случай ведет к счастью, которой Роз придерживалась сама, и старалась привить её мне. Однако когда я действительно зажила согласно этому принципу – ухватилась за мимолетную возможность устроиться в театр – она разразилась негодованием, заклеймив мой уход из науки как трусость и предательство. Неосторожно я бросила ей в лицо эти слова из «Цезаря» в тот вечер, после которого наши пути разошлись. И только позже до меня дошло, кто сказал их в пьесе: Брут, ученик, обернувшийся убийцей. 1) Название улицы, на ней находится клиническая больница при университете Гарварда Mount Obern 2) Улица в Гарварде, названная именем Джона Фитцджеральда Кеннеди, 35-го Президента США. 3) Вильям Шекспир. Юлий Цезарь. Пер.И.Б.Мандельштама.