Карел, Дженнифер Ли. Унес с собой в могилу Мы задержались на краю тротуара через дорогу от гостиницы. – Ты здесь остановилась? – перекрикивая вой сирен, спросил Бен. Я кивнула и шагнула вперед. Он удержал меня. – Записалась своим именем? – Нет, Моной Лизой, – огрызнулась я, облизнув сухие губы. А кем же еще? – Тебе нельзя туда возвращаться. – Но полиция не зна… – Нам надо бояться не только полиции. Я открыла рот, чтобы резко возразить, но слова застряли у меня в горле. «Проклятая Кейт», – прошептал мне в ухо убийца. Значит, он знает мое имя и, если будет искать, то первым делом проверит «Инн в Гарварде» – ближайшую гостиницу к библиотекам. Куда же мне идти?» – Ко мне, сказал Бен. На самом деле у меня и не было выбора. Мы помчались через Массачусетс авеню, свернули на Боу-стрит к клинике «Маунт-Оберн», проскочили по дальней стороне Гарвардской площади через Кеннеди-стрит. Он жил у реки в гостинице «Чарльз» – причудливая смесь городского простора и новоанглийского сельского уюта – самой шикарной в Кембридже. Здесь останавливаются особы королевских кровей и директора крупных компаний, когда навещают своих детей-студентов Гарварда или приезжают на прием к личным докторам. Аспиранты, набитые в душные квартирки в районе Сомервиль, не могут и мечтать о такой роскоши. «Интересно, какие здесь номера?» У Бена был не просто номер, а люкс. Войдя, я увидела пурпурные диваны и караул черных стульев с высокими наборными спинками вокруг обеденного стола, на его краю – ноутбук и россыпь бумаг. Через галерею окон просматривались огни города и мерцающие далекими фонариками стеклянные башенки на крышах домов вдоль реки, хотя серебристые штрихи рассвета уже пронзили небо на востоке. Крепко сжимая книгу, я остановилась сразу за дверью и снова спросила: – Почему я должна тебе верить? – Конечно, ты вправе сомневаться, но если бы я хотел тебе навредить, я давно бы это сделал. Повторяю, Роз хотела, чтобы тебя кто-нибудь охранял, и наняла меня. – Да кто угодно может так сказать! Бен уже успел куда-то убрать свой пистолет. Он быстро прошел мимо меня и закрыл дверь. «А он высокий», - подумала я неожиданно, - «и глаза такие зеленые и умные». Бен откашлялся – «В делах людей бывает миг прилива; он мчит их к счастью, если не упущен, а иначе все плаванье их жизни проходит среди мелей и невзгод ».* С тем же успехом Роз могла бы ему дать рекомендательное письмо. Это же ее любимая цитата из Шекспира! Правда она стеснялась в этом признаться, ведь любимые цитаты бывают лишь у сентиментальных и скучных обывателей. И все же, этот отрывок из «Юлия Цезаря» – краткое содержание философии «счастливого случая», принципа ее жизни, который она и мне старалась внушить. Правда, когда я воплотила его в жизнь, ухватившись за призрачную возможность поработать в театре, Роз возмущенно кричала и называла мой уход из науки трусливым предательством. В наш последний вечер я бросила эти слова из «Цезаря» ей в лицо. И только позже я вспомнила, кто именно говорит их в пьесе – Брут, последователь, оказавшийся убийцей. * Вильям Шекспир. Юлий Цезарь. Перевод И. Б. Мандельштама Вильям Шекспир. Избранные произведения ГИХЛ, М.-Л., 1950