Людей переживают их грехи Дженнифер Ли Каррелл Стоя на тротуаре, мы вглядывались в противоположную сторону улицы. Туда, где находился отель, в котором я временно нашла прибежище - Ты в нем остановилась? – прокричал Бен сквозь шум улицы. Я кивнула и уже шагнула, собираясь перейти дорогу, но Бен удержал меня за руку. - Под своим именем? -Нет, под Моной Лизой, - огрызнулась я, облизывая пересохшие губы. - Под чьим же еще? - Ты не можешь вернуться туда. - Полиция не…. -Есть кое-кто опаснее полиции. Я хотела возразить, но слова застряли в горле. «Кэт проклята»,- прошептал убийца тогда мне на ухо. Он знал мое имя! Если он ищет меня, то первым делом проверит ближайший к библиотеке отель «Инн» в Гарварде. Но куда же идти? - Ко мне, - сказал Бен. Других вариантов не было. Мы быстро пересекли Масс авеню, поднялись по Боу-стрит к Маунт-Обурн и далее по улице Дж. Кеннеди и задворкам Гарвардской площади. Бен поселился в отеле «Чарльз» на берегу реки. Этот отель, причудливо смешавший в себе грациозный городской шик и специфику сельского стиля Новой Англии, был одним из самых роскошных отелей Кембриджа. Местом, где останавливались члены королевской семьи и высшие государственные чины, когда приезжали навестить своих отпрысков или встретиться со светилами Гарварда, - университета, об окончании которого могли только мечтать студенты тесных, душных сомервильских общежитий. Я никогда не была даже в обычном номере отеля «Чарльз». Бен же остановился в номере люкс. Войдя внутрь, я была поражена шикарной кроватью; высокими, черного дерева, стульями, стоящими на страже вокруг обеденного стола, на краю которого примостился ноутбук с разбросанными вокруг него бумагами. Вдобавок, анфилада окон открывала великолепный вид на город. Куполообразные крыши домов на набережной все еще светились словно фонари из-за отражавшейся в них луны, хотя серебристые полоски утренней зари уже прорезались кое-где на востоке. Сжав в руках книгу, я остановилась в дверях. - Почему я должна доверять тебе? – повторила я свой вопрос. - У тебя есть все основания для сомнений, - ответил Бен, - Но, если бы я хотел причинить тебе вред, я бы уже это сделал. Я говорил, Роз хотела защитить тебя, поэтому она наняла меня. -Так может сказать любой. За разговором я не заметила, как он спрятал пистолет. Проворно обогнув меня, Бен захлопнул дверь. «Он высокий, - вдруг осознала я, - и у него большие зеленые глаза». Он прокашлялся: - В делах людей бывает миг прилива; Он мчит их к счастью, если не упущен, А иначе все плаванье их жизни Проходит среди мелей и невзгод. * Роз с таким же успехом могла дать ему рекомендательное письмо. Это была ее любимая Шекспировская цитата, в чем она стеснялась признаться по причине того, что любимые цитаты, как правило, отдавали сентиментальностью, мещанством и предсказуемостью. Тем не менее, эта фраза из «Юлия Цезаря» стала краеугольным камнем открывшейся Роз философии, по которой она жила и которую пыталась внушить мне. Хотя, когда я действительно «доросла» до нее и, воспользовавшись представившейся возможностью, ушла работать в театр, Роз захлебнулась в протесте, заклеймив мой уход из академии как отступление, трусость и предательство. В тот вечер, когда наши пути разошлись, я бросила ей в лицо эти слова Цезаря. Уже позже меня осенило, что эта фраза была сказана Брутом, превратившимся из соратника в убийцу. -----------------------сноска --------------------------------------------- • У. Шекспир, «Юлий Цезарь» (пер. О. Мандельштама) ------------------------------------------------------------------------------