Мы притормозили у обочины, глядя через улицу на отель. - Ты здесь остановилась? - голос Бена с трудом пробивался сквозь шум. Я шагнула на улицу, но он успел схватить мою руку. - Под настоящим именем? - Мона Лиза, - ответила я быстро, облизав сухие губы. А под каким еще? - Ты не можешь туда вернуться. - Но полиция не… - Полиция - не самая большая наша проблема. Я открыла рот, чтобы возразить, и тут же закрыла. «Кейт проклята», прошептал убийца мне на ухо. Он знал мое имя. Если он все еще ищет меня, гостиница в Гарварде – ближайшая к библиотекам – была бы первым местом, которое он мог проверить. Но куда еще мне идти? - Ко мне, - предложил Бен. Да, другого выбора не было. Мы промчались через Мэсс-авеню, перескочили с Боу-стрит на Маунт-Оборн, миновали аэропорт и пересекли дальний конец Гарвардской площади. Он остановился у реки, в отеле «Чарльз». Представляя собой необычное сочетание легкого городского шика и новоанглийской фермерской усадьбы, отель «Чарльз» был самым роскошным отелем Кембриджа. В нем часто останавливались члены королевской семьи и всякие шишки, навещая своих отпрысков или докторов в Гарварде. Это место, о котором аспиранты могут только мечтать, ютясь в душных квартирках где-нибудь в Соммервилле. Я никогда даже одним глазком не заглядывала внутрь. Бен снимал не полноценную комнату, а угол. Когда я вошла внутрь, на меня сразу произвели впечатление пурпурные диваны и высокие стулья с черными спинками, часовыми окружившие обеденный стол. На краю стола находился портативный компьютер и целая гора бумаг. Чуть позади целый ряд окон открывал вид на все великолепие и блеск города. Купола приречных домов все еще светились, подобно фонарям, хотя серебряные полоски рассвета уже расщепили восток. Прижимая к себе стопку книг, я остановилась в дверях. - Почему я должна тебе верить? - спросила я снова. - У тебя есть все причины сомневаться, - сказал Бен. Но если бы я хотел навредить тебе, давно бы уже это сделал. Как я и говорил, Роза хочет, чтобы ты была в безопасности. Она наняла меня. - А если ты врешь? – его пистолет исчез где-то за границей зрения. Быстро зайдя мне за спину, он закрыл дверь. Я внезапно осознала, насколько Бен высок; его зеленые глаза были широко раскрыты. Он прочистил горло. - В делах людей прилив есть и отлив, С приливом достигаем мы успеха. Когда ж отлив наступит, Лодка жизни по отмелям несчастий волочится. Вероятно, Роз тоже передала ему записку с паролем. Это была ее любимая цитата из Шекспира, хотя Роз и стеснялась признаться в этом на собраниях, где предпочитали, в основном, цитаты сентиментальные, предсказуемые и самодовольные. Тем не менее, этот отрывок из «Юлия Цезаря» подводил итог всей «философии удачи», по которой она жила и которую пыталась внушить мне. Все же, когда я действительно следовала подобному принципу – хватая любую мимолетную возможность в театре – Роз взвыла в негодовании, заклеймив мой уход из академии как оставление в беде, малодушие и даже предательство. Я бросила эти слова из «Цезаря» ей в лицо в ту ночь, когда мы разошлись. И только позднее я поняла, кто произнес их забавы ради: убийца Брут, повернувшийся против собственного учителя.