Дженифер Ли Карел С Плотью Погребенное Мы остановились на тротуаре и теперь стояли, глядя на мою гостиницу через улицу. - Вы здесь остановились? – Бену пришлось кричать, потому что мы едва слышали друг друга из-за уличного шума. Я кивнула и сделала шаг в сторону гостиницы. Он придержал меня за локоть. - Под настоящим именем? - Нет, под именем Моны Лизы - огрызнулась я, облизывая пересохшие губы. - Под чьим же еще? - Вы не можете туда вернуться. - Но полиция – - Нам есть о чем беспокоиться помимо полиции. Я открыла рот, чтобы возразить, но слова застряли у меня в горле. Я услышала шепот наемного убийцы, Кейта Проклятого. Он знал мое имя. Если бы он приехал сюда искать меня, то первым делом проверил бы Гарвард ИНН, ближайшую к библиотекам гостиницу. Но куда еще я могла пойти? - Ко мне, - сказал Бен. Другого выхода я не видела. Быстрым шагом мы перешли Масс Авеню, повернули с Боу Стрит на Монт Оборн, пересекли парк Кеннеди, срезав угол по заднему краю Гарвардской площади. Он остановился у реки в отеле «Чарльз». «Чарльз» был самым роскошным отелем в Кембридже, причудливо сочетающим в себе элегантный городской шик и атмосферу фермерского дома Новой Англии. Здесь останавливались члены королевской семьи и главы крупных корпораций, желающие навестить своих чад или своего доктора в Гарварде. Аспиранты, живущие в тесноте душных квартир в Сомервилле, могли только мечтать о таком месте. Я никогда раньше не видела комнаты этого отеля изнутри. Оказалось, у Бена была не просто комната. Он снимал апартаменты из нескольких комнат. Войдя внутрь, я увидела пурпурные диваны, высокие черные стулья с перекладинами на спинках, стоящие, как часовые вокруг обеденного стола, край которого скрывался под разбросанными листами бумаги и переносным компьютером. Окна выходили на ночной город. Верхушки домиков у реки все еще светились как маяки, хотя серебристые прожилки рассвета уже начали расщеплять ночное небо на востоке. Я стояла у двери, вцепившись в книгу. - Почему я должна вам доверять? – повторила я свой вопрос. - У вас есть все основания сомневаться, - сказал Бен. – Но если бы я хотел причинить вам вред, у меня было время это сделать. Я уже говорил, Роз хотела вас защитить, и поэтому она наняла меня. - Это просто слова. Между тем его пистолет уже куда-то исчез. Он поспешно обошел меня и закрыл дверь. Я вдруг увидела, что он был высоким, и его зеленые глаза были широко посажены. Он прочистил горло. Дела людей, как волны океана, Подвержены приливу и отливу. Воспользуйся приливом - и успех С улыбкою откликнется тебе; С отливом же все плаванье твое В тяжелую борьбу преобразится С мелями и невзгодами Похоже, Роз снабдила его рекомендацией. Это была ее любимая цитата из Шекспира, хотя она никогда не допускала мысли, что ее любимые цитаты были, вообще-то, сентиментальными, буржуазными и предсказуемыми. Тем не менее, этот фрагмент из Юлия Цезаря выражал ее философию «счастливого случая», согласно которой она жила и которую пыталась привить мне. Хотя, когда я действительно решила придерживаться этого принципа - схватить за повод мимолетную удачу в театре, – она начала отчаянно протестовать, заявляя, что мой уход из академии, был бегством, трусостью и предательством. Я бросила эти слова из Цезаря ей в лицо в тот вечер, когда мы расстались. Только потом до меня дошло, кому они принадлежали в пьесе – Бруту, убийце, который притворялся преданным учеником.