Ситон совсем недалеко отъехал от дома своей любимой, когда сквозь урчание мотора ему послышался крик Дороти. Он, не раздумывая, развернулся и выжал педаль газа; урчание переросло в раскатистый рев. Гравий полетел из-под буксующих колес, когда Ситон на безумной скорости вписался в поворот у дома Вейнмана. Он прибыл на место как раз вовремя, чтобы увидеть, как закрывается дверь космолета. Прежде, чем он достиг корабля, тот скрылся из виду, оставив в знак своего отбытия лишь бурный вихрь из вырванной с корнем травы и дерна, поднятых высоко в воздух струей вакуума. Для перепуганных игроков в теннис и кричащей матери похищенной девушки все выглядело так, будто огромный металлический шар целиком растворился в воздухе. Один Ситон смог разглядеть уходящий ввысь неровный след и на долю секунды увидел в небе крошечную черную точку, пока та не исчезла. Оборвав молодых людей, наперебой пытающихся рассказать ему, что случилось, Ситон быстро, но мягко заговорил с миссис Вейнман: - Мама, с Дотти все будет хорошо. Она у Стила, но это ненадолго. Не волнуйтесь, мы ее вернем. Через неделю или через год - но мы привезем ее обратно! Он вскочил на мотоцикл и, нарушая все правила, понесся к дому Крейна. - Март! – прокричал он. – Дотти увезли на корабле, собранном по нашим чертежам. Поехали! - Погоди, не пори горячку. У тебя есть план? - План! Просто догоним их и убьем! - Куда они полетели и когда? - Прямо вверх. На полной тяге. Двадцать минут назад. - Время упущено. Курс изменился градусов на пять. Может, они уже за миллион миль отсюда, а может, приземлились неподалеку. Сядь и подумай – пораскинь мозгами. Ситон сел и вытащил трубку, отчаянно стараясь взять себя в руки. Потом вскочил, забежал в свою комнату и вернулся с объектным компасом, стрелка которого указывала наверх. - Это дело рук ДюКесна! – ликующе вскричал он. – Стрелка все еще показывает на него. Пошли, нужно торопиться! - Постой-ка. Они далеко? Ситон покрутил колесико, запускающее стрелку, и включил миллисекундомер. Секунды шли; мужчины с напряженным вниманием смотрели, как стрелка продолжает раскачиваться. Наконец она остановилась, и Крейн застучал по клавиатуре. - Триста пятьдесят миллионов миль. На полпути из Солнечной системы. Это означает постоянное ускорение почти до световой скорости. - Март, ничто не передвигается так быстро. E равно MC в квадрате. - Теория Эйнштейна – пока всего лишь теория. А данное расстояние – очевидный факт. - А теории перекраивают под факты. Ладно. Корабль неуправляем – что-то вышло из строя. - Несомненно. - Мы не знаем предельной скорости корабля, а без нее мы не рассчитаем, сколько времени понадобится, чтобы их догнать. Ради бога, Март, за дело!