Простившись с невестой, Ситон едва успел набрать скорость, как за рокотом мотора ему почудился вскрик. Кричала Дороти. Не раздумывая, он рывком развернул мотоцикл, до отказа выжал газ, и урчание двигателя в один миг превратилось в разгневанный львиный рев. Рассыпав брызги гравия на крутом повороте, Ситон с бешеной скоростью ворвался в сад Вейнманов. Но поздно: люк звездолета уже закрывался. Секунда – и корабль растворился в небе, как будто его и не было, лишь тысячи вырванных с корнем травинок, взметнувшись ввысь, закружились в неистовом вихре. Вокруг возбужденно галдели побросавшие игру теннисисты, рыдала в голос мать девушки, – им казалось, что огромный металлический шар просто исчез, рассеялся в пространстве. И только Ситон, проследив взглядом за тающей в воздухе спиралью, на какое-то мгновение различил в вышине крошечную черную точку. Не обращая внимания на гвалт и гомон обступивших его очевидцев, ученый склонился над миссис Вейнман. - С Дотти все будет в порядке, сударыня, не волнуйтесь, - быстро, но мягко проговорил он. – Вашу дочь увезли люди Корпорации, но им не удастся ее удержать. Мы обязательно вернем Дотти – через неделю, через год ли, но мы возвратим ее, клянусь вам! С этими словами Ситон вскочил на мотоцикл и помчался к дому Крейна, презрев все скоростные ограничения на своем пути. - Беда, Март! – крикнул он, влетая в двери. – Дотти похитили! Она у них, на корабле - том самом, построенном по нашим чертежам. Скорей, в погоню! - Подожди, не стоит действовать сгоряча - что ты намерен делать? - Что я намерен?! Догнать и уничтожить негодяев, вот что! - В какую сторону полетел корабль? Когда? - Вертикально вверх. На полной скорости. Минут двадцать назад. - Поздно… С тех пор планета успела повернуться на пять градусов. Возможно, они пролетели уже миллионы миль, а может, приземлились где-то неподалеку… Присядь и сосредоточься: попытаемся мыслить логически. Ситон рухнул в кресло и схватился за трубку, стараясь сохранять самообладание, но тут же вновь сорвался с места и бросился в другую комнату. Так же стремительно вернувшись, он протянул Крейну космонавигатор – свое совсем недавно опробованное изобретение. Стрелка прибора показывала куда-то вверх. - Так значит, это дело рук Дюкена?! – торжествующе воскликнул Ситон. – Ведь указатель-то все еще направлен на него. Довольно, летим, больше мешкать нельзя! - Постой же, еще не все - посмотрим, как далеко они ушли… Ситон нажал на кнопку, приводящую механизм в действие, и включил миллисекундомер. Повисло напряженное молчание. Изобретатели не сводили глаз с отсчитывающей секунды стрелки, - казалось, прошла целая вечность, прежде чем она наконец остановилась. Крейн немедленно застучал по клавишам компьютера. - Триста пятьдесят миллионов миль. Еще столько же, и они окажутся за пределами Солнечной системы! То есть корабль идет с постоянным ускорением, примерно равным световой скорости. - Но такая скорость невозможна, Март! Вспомним теорию Эйнштейна! - Да, но это всего лишь одна из теорий, друг мой. А то, что мы сейчас наблюдаем, – Крейн кивком указал на космонавигатор, – есть реальная действительность. - А хорошая теория, как известно, не должна противоречить действительности, - задумчиво согласился Ситон. – Ну что ж. Дюкен, очевидно, потерял управление. Наверное, что-то вышло из строя. - Скорее всего. - И поскольку мы не знаем мощности его двигателя, невозможно высчитать, как долго нам придется за ним охотиться. Летим же, Март, ради всего святого!