Проехав совсем немного, Ситон сбавил газ. В урчании двигателя ему почудились отчаянные вопли Дороти. Вслушиваться некогда, поворот руля, акселератор до отказа; и вот он уже мчится назад к любимой, а урчание сменяет надсадный рев. На сумасшедшей скорости, в облаке гравия из-под колес свернул он к дому Вэйнеманов - лишь затем, чтобы взглянуть на захлопнувшийся люк космолета. Ситон ринулся к кораблю, но того уже и след простыл, а на его месте неслись в бешеноой круговерти подхваченные разрежением за кормой аппарата клочья дерна и травы. На глазах у возбужденных теннисистов и исступленно кричащей женщины, которую разлучили с дочкой, огромный металлический шар буквально растаял в воздухе. И лишь Ситон успел разглядеть в голове пыльной кильватерной струи едва заметную черную точку. Заставив умолкнуть разгалдевшуюся молодежь - каждый пытался объяснить ему, что произошло - ласково, но решительно он обратился к миссис Вэйнеман: - Мы спасем ее, мама. Это агенты “Стил”, и им от нас не уйти. Не волнуйтесь, мы найдем Дотти. Через неделю или через год, но мы ее найдем! Он вновь оседлал мотоцикл и, послав к чертям все запреты и правила, умчался к дому Крэйна. - Март! – заорал он. – Они схватили Дотти, и у них космолет, сделанный по нашим чертежам. Скорее! - Тише, тише, остынь немного. Что ты предлагаешь? - Предлагаю? Найти и перебить, всех до одного! - Куда они отправились и как давно? - На полном ходу - прямиком в зенит. Двадцать минут назад. - Поздно. Зенит уже сместился на пять градусов. Они могли улететь за сотни миль, а могли приземлиться в двух шагах. Сядь и подумай, подумай хорошенько. Ситон присел, достал трубку. Внешнее спокойствие далось ему нелегко и ненадолго. Сорвавшись с места, он исчез у себя в комнате и вернулся с поисковым компасом, стрелка которого задиралась вверх. - Ее украл Дю Кен? – закричал он с видом победителя. – Компас все еще следит за ним. А теперь вперед, на перехват! - Подожди. Как далеко они залетели? Ситон отпустил фиксатор, отчего стрелка закачалась, и включил счетчик миллисекунд. Затаив дыхание, оба следили за размеренными толчками упрямо не желавшей остановиться стрелки. Наконец она замерла, и Крэйн застучал по клавишам вычислителя. - Триста пятьдесят миллионов миль. Они пролетели пол-Солнечной системы. Идут с постоянным ускорением и уже достигли световой. - Так быстро лететь нельзя, Март. Е равняется Эм-Це-квадрат. - Теория, она и есть теория. Расстояние же – установленный факт. - А факты уточняют теорию. Ясно. Космолет взбесился, у них там какие-то проблемы. - Несомненно. - Сколько придется за ними гоняться - неясно, потому как неизвестно, каким куском меди они орудуют. Ну же, Март, пора, наконец, действовать!