из "Одиночество Сони и Санни", автор Киран Десай
После того, как все практические вопросы были улажены, Дададжи сказал:
- Послушайте!
Они взглянули на него.
- Когда я играл в шахматы с полковником, он случайно упомянул своего внука, живущего в Америке - оказывается, я совершенно забыл о мальчике. Я спросил, женат ли он - парень недавно закончил обучение в магистратуре - и полковник сказал, что нет. Я спросил, чего же он ждёт. Полковник ответил, что у него были планы, которые ни к чему не привели. Тем временем жена полковника сообщила мне, что, проезжая мимо нашего дома, она ощутила чудесное благоухание. "Я подумала, что, если они не прислали нам кебабы, этому должна быть какая-то причина, - сказала она. - Хотя бы поделитесь с нами рецептом, Я прошу вас уже столько лет".
- Почему мы должны просто так выдавать секреты нашей кухни? - спросила Ба. В любом случае, зачем жена полковника обращается с такой просьбой, когда всем известно, что человек должен лукаво о чем-то умолчать, когда у него настоятельно просят рецепт - исключить ингредиент, изменить количество необходимых продуктов, чтобы проситель возмутился: “Что-то здесь не так!”
Дададжи сказал:
- Давайте завтра захватим оставшиеся галавати.
- Но зачем? - спросила Мина Фои. - Мы можем съесть их на обед.
- Если Соня одинока, то проблема легко решается. Давайте познакомим её с их внуком.
Дададжи, Ба и Мина Фои каждый по отдельности вспомнили случай, который произошел десять лет назад, и о котором никто не забыл - когда полковник сподвигнул Дададжи вложить деньги в ткацкую фабрику, запущенную армейским коллегой, которому, по мнению Полковника, он был обязан жизнью - они вместе воевали в Кашмире. Предприятие разорилось, и немалые вложения в армейские одеяла, носки, подшлемники и свитера привели к финансовым потерям для Дададжи, который, разумеется, был расстроен в той же мере, в какой сконфужен полковник. Хотя данный инцидент привнёс в их прежние добрососедские отношения новые оттенки сожаления и неискренности, Дададжи по-прежнему великодушно давал бесплатные юридические советы по вопросу судебного дела полковника, добивавшегося компенсации за семейный участок в Лахоре, утраченный во время раздела Индии, без меры отправлял кебабы и другие блюда со своей кухни, играл в шахматы и любезно проигрывал, - и благодаря всему этому Дададжи, сам того не осознавая, тянул время, в течение которого он мог потребовать возвращения долга.
Было существенно важно сохранять близость с теми, кто причинил тебе вред, чтобы призрак вины мог пронизывать их сны и постепенно вызревать в полную силу. Не то чтобы Дададжи продумал это - сознательно строить планы, грубо просчитывать никогда не получалось - и он сам был удивлен разворачивающимся событиям. Даже сейчас нельзя было назвать это обязательством. Полковник не позволил бы своему внуку взвалить себе на плечи бремя ошибок своего деда. Дададжи и Ба могли бы просто намекнуть на желательный союз между внуками, двумя получившими образование в Америке личностями, двумя ровнями, которые по своей природе подходят друг другу из-за того, откуда они родом, и куда направляются. И, не упоминая об этом напрямую, обязательство могло бы изящно расторгнуто.
Ба и Мина Фои однажды были свидетелями таланта Дададжи. Может, он и проиграл дневную партию в шахматы, но при этом разыграл превосходную комбинацию.
- И они не осмелятся просить приданое! - сказала бабушка.
Водитель снова намылил и отмыл округлости "Амбассадора" и отвез семью в резиденцию полковника. Они привезли церемониальное зубчатое блюдо, наполненное кебабами.
- Мы недавно услышали от нашей внучки, - сказал Дададжи, - что, по всей видимости, одиночество - большая проблема в Америке.
На инкрустированном слоновой костью приставном столике, рядом с композицией икебаны, принадлежавшей жене полковника, Мина Фои заметила фотографию их внука. Надменный, с лицом князя и губами херувима, он читал газету. Он показался ей привлекательным.
- Одиночество? Одиночество? - спросила жена полковника.
- Без людей человек ничего не значит, - сказала Мина. - Особенно зимой. Там постоянно идет снег.
Бетси и Бретт одолжили ей "Маленький домик в прериях", который стал любимой книгой Мины Фои. Она прочитала её должно быть раз сто, хотя её родители считали романы такой же бесполезной роскошью, как и звонки миссионерам.