— А, ну-ка посмотрите на меня! - потребовал Дададжи после всех совершенных приготовлений.

И тотчас все обернулись.

— Мне припоминается как мы с Полковником в шахматы играли, и он тогда за разговором упомянул своего внука, в Америке который. А я даже и думать забыл о том, что он у него вообще есть. Ну, я и решил поинтересоваться как у него дела: закончил ли он институт или быть может нашёл невесту. А мне сказали, что ни то и ни другое. Тогда я уточнил чего же он ждёт. На что мне ответили, что у него есть свои мысли на этот счёт. Я было хотел тут же возразить, но подошедшая жена полковника перевела тему совсем в другое русло, напевая мне на ухо о том, какое великолепное благоухание исходит от нашего дома каждый раз, когда она около него проезжает. После чего со мной и вовсе поделились рецептом кебаба, который я выпрашивал у них на протяжении многих лет, хотя до этого они отказывались дать нам на пробу хоть несколько кусочков.


— И чего это вдруг спустя столько лет они решили с нами поделиться, а? – негодующе спросила Ба.


Честно говоря, я тоже не имел понятия почему они вдруг, вот так запросто, поделились рецептом, даже не переписав его, чтобы хотя бы утаить какой-нибудь важный и нужный ингредиент, без которого всё блюдо пойдёт насмарку. Я даже не говорю о том, что у нас такое не приветствуется. Дело тут явно не чисто!


— Стоит их завтра навестить как раз и галавати-кебаб захвачу - заключил Дададжа.


—Это зачем это? Мы его завтра на обед собираемся съесть – подытожила Мина Фуа.


— А затем, чтобы две проблемы разом решить: Соню в хорошие руки отдать и их внука пристроить. Надо бы переговорить об их знакомстве.


И тут в головах Ба, Мины Фуа и Дадажди резко вспыхнули воспоминания десятилетней давности о том, как полковник предлагал Дадажды вложиться в текстильную фабрику своего армейского сослуживца, с которым они вместе воевали в Кашмире и которому он был обязан до конца жизни. Однако бизнес провалился и все вложения в армейский текстиль пошли прахом. Полковник тогда сильно извинялся, но и Дададжи был расстроен не меньше. Это событие тогда привнесло немало сожалений и недомолвок в адрес друг друга и их добрососедские отношения, которые не утихали со временем несмотря на то что Дадажди помогал полковнику, оказывая ему бесплатные юридические консультации по поводу получение компенсации в связи с утратой семейной земли в Лахоре при разделе Британской Индии, продолжая делиться кебабом и другими не менее вкусными блюдами, сотворёнными на их кухне, и не забывая подыгрывать полковнику в шахматы.


Как говорилось: «Держи друзей близко, а врагов ещё ближе». Такой же принцип соблюдал и Дадажди. Волей или неволей, полковник, находясь в его обществе будет постоянно вспоминать то, что он сделал и потихоньку страдать от чувства вины за содеянное. Конечно же Дададжи не пытался выдумать великий план мести, потому что это было бесполезным занятием, но он прекрасно знал, что те действия, которые он совершил в адрес полковника уже дали свои плоды, и сам того не понимая, он таки попался на крючок. Однако очень маловероятным было то, что за свои провинности полковник разрешит отвечать внуку. Не смотря на это Ба и Дадажди уже мечтали о том как соединятся эти два одиноких сердца. Два индивидуума, взращённые на Американской земле, которые идеально подходили друг другу не только по праву рождения, но и тому, кем они хотели быть сами. Именно поэтому их знакомство было как нельзя кстати, даже если пока они понятия не имеют о существовании друг друга.


От этих мыслей лицо Дадажди засияло, и это не осталось не замеченным ни Миной Фуа, ни Ба.


— Хоть мы и проиграли первую партию, но это не значит, что мы не можем выйти в финал – гордо сказала Ба.


— После всего этого у них даже совести не хватит попросить приданное!


Сев в «Амбассадор» , начищенный водителем до блеска, они уютно устроились в ожидании приезда к резиденции полковника, держа в руках праздничное серебренное блюдом с заострёнными краями, на котором громоздился кебаб.


— Знаете, недавно, мы общались с нашей внучкой, и она упомянула, что в Америке очень много одиноких людей – начал разговор Дададжи, зайдя в дом.


Пока Мина Фуа с завидным любопытством осматривала тумбочку, инкрустированную слоновой костью, на которой стоял изумительный букет, рядом с которым была фотография внука полковника. На ней был изображен высокомерный мужчина с орлиным носом и буквально ангельскими губами, читающий газету. Он ей даже приглянулся.


— Одиноких людей? Почему одиноких? – недоумевающе спросила жена полковника.


— Потому что один в поле не воин – сказала Мина Фуа.


— Особенно зимой, когда снег днями напролёт идёт.


Бетси и Бретт даже выдали ей книгу «Маленький домик в прериях» на этот счёт, которую она очень полюбила. Да, настолько полюбила что читала её не меньше тысячи раз хотя её родители говорили, что чтение романов такая же глупость как и звонки проповедникам.