После того, как все о важных делах позаботились, Дадажи сказал «Смотрите сюда!»
Они взглянули на него.
«Когда я играл в шахматы с Колонелом, так случилось, что он упомянул своего внука в Америке – Я совершенно забыл про парня. Я спросил, был ли он женат – он получил степень магистра – и они сказали, что не женат. Тогда я спросил, так чего же он ждёт? Они ответили, что у него есть собственные идеи, но из них ничего путного не получилось.”
Между тем жена Колонеля сказала мне, что она могла почувствовать королевский аромат, проезжая мимо нашего дома. Она сказала:
«Я думала, если они не прислали нам ни одного кебаба, должно быть для этого есть какая -то причина. Хотя бы дайте нам рецепт, я прошу его годами..»
«Почему нам стоит раскрывать секреты наших блюд?» спросила Ба. В любом случае почему жена Колонеля спросила это, когда все знали, что не стоит рассказывать все, когда настаивают на разглашении рецепта - недосказать ингредиент, изменить количество чтобы получатель мучился с тем, что что-то не так!
Дадажи сказал: «Давайте заберём оставшиеся галавати-кебабы завтра»
«Но почему?» - спросила Мина Фой. «Мы бы могли съесть их в обед»
«Если Соне одиноко, то это легко исправить. Позвольте представить Соню их внуку.»
Дадажи, Ба, и Мина Фой,каждый из них вспомнил случай десятилетней давности, который никто не забыл, когда Колонель вдохновил Дадажи вложиться в суконную фабрику, открытую его армейской коллегой, которой Колонель верил, что был обязан жизнью, они воевали в Кашмире вместе. Бизнес провалился, немалые вложения в армейские одеяла, носки, балаклавы и свитера принесли финансовые потери Дадажи, который был так расстроен, как и сожалел об этом Колонель.
В то время как инцидент добавил ноты сожаления и обманутости в их бывшее добрососедство, великодушно давал бесплатные консультации по теме судебного дела Колонеля, где речь шла о взыскании компенсации для земли в Лахоре, принадлежащей семье, которая была утрачена во время раздела страны. Продолжая посылать кебаб и другие блюда со своей кухни,также неустанно, как и всегда, продолжая их игры в шахматы и галантно проигрывая, Дадажи подсознательно выжидал время пока не пр идёт время возвращать долг.
Было необходимо оставаться близкими с тем, кто нанёс вам ущерб, чтобы призрачная вина жила в их снах, чтобы их поступок медленно раскрыл свой полный потенциал. Не то чтобы Дадажи продумал всё – никогда не было осознанным планом, грубым расчётом и он сам был поражён подвернувшейся возможностью.
Даже сейчас он никогда бы не называл эту слабость. Колонель бы не позволил внуку страдать от последствий ошибки дедушки. Дадажи и Ба могли рассмотреть желанный брак между внуками. Двумя личностями, получившими образование в Америке. Двумя равными, парой кому суждено быть вместе по происхождению и тому куда они стремились. Никто из них не упоминал об этом, но их обязательства могли прекрасным образом реализоваться.
Ба и Мина Фой стали свидетелями таланта Дадажи. Он может и проиграл вечернюю игру, но его партия была превосходна! Ба сказала:
“Да они не посмеют просить приданое!”
И вновь водитель тщательно и отмыл Амбасадора * и привёз семью в особняк Колонеля. Они принесли церемониальный серебряное с волнистыми краями поднос с кебабом.
Дадажи сказал “Недавно мы слышали от нашей внучки, что одиночество - большая проблема здесь, в Америке”
Мина Фой заметила, что сбоку от стола инкрустированного слоновой костью, картину росписью икебана, сделанная женой Колонеля, была фотография их внука.
Высокомерный, с носом как у наваба, губами как у чероба*, он читал газету. Она подумала, что он симпатичный.
Одиноко? Одиноко? - сказала жена Колонеля.
Без людей нет и нас, сказала Мина Фой. Особенно в зимнюю пору. Здесь бесконечный снегопад. Бетси и Бретт одолжили ей “Маленький домик в прериях” книгу, которая стала любимой у Мины Фей. Должно быть она читала её сотню раз, несмотря на то что родители посчитали роман бесполезным, как и звонки миссионерам.
Амбассадор- марка машины
Наваб-богач
чероб-ангел