Вот уже несколько месяцев Милдред не слышала, как играет Веда, и теперь была очень довольна результатом. Не самим звучанием — вполне сносным шумным бряцаньем, а скорее той неподдельной уверенностью, с которой она вскидывала над клавишами правую руку или тем, как ловко заводила над ней левую. Близилась кульминация, и Веда заиграла громче и яростнее, но неожиданно запнулась: дурацкий аккорд — она сыграла его на свой лад.

- Мне нравится играть именно так!

- Я обязательно передам это мистеру Рахманинову при встрече.

Хотя сказано это было не без иронии, но мистер Ханнен почему-то нахмурился и стал сверлить Веду взглядом. Она, немного смутившись, доиграла.

Он молча встал, взял какие-то ноты и поставил перед ней:

- Посмотрим, как ты читаешь с листа…

Веда заколотила по клавишам, громко и безыскусно — ну просто живое механическое пианино, ни дать ни взять. Мистер Ханнен слушал, не спуская с нее глаз, и время от времени лицо его искажала гримаса мучительной боли. Когда же, наконец, воцарилась благословенная тишина, он снова подошел к шкафу, достал футляр со скрипкой, и, положив его рядом с Милдред, начал натирать смычок канифолью.

- А теперь попробуем сыграть вместе. Как ты говоришь тебя зовут?

- Мисс Пирс…

- Как-как?

- Веда…

- Ты когда-нибудь аккомпанировала, Веда?

- Да, немного…

- Да немного… и всё?

- Прошу прощения?

- Я должен предупредить, Веда, что юным ученикам я разъясняю не только музыкальные правила, но и правила хорошего тона. Поэтому если тебе не нравится получать оплеухи, рекомендую называть меня сэр.

- Да, сэр…

Милдред стало ужасно смешно от того, какой застенчивой и робкой вдруг стала ее дочь. Но она делала вид, что совсем не слушает, и так увлеченно водила пальцами по шелковой обивке скрипичного футляра, будто ничего интереснее никогда в жизни не видела. Он достал скрипку и повернулся к девочке:


- Скрипач я, признаться, посредственный, но что поделать — тебе же нужно кому-то аккомпанировать! Дай ноту "ля".

Веда нажала нужную клавишу, он настроил скрипку и поставил листок с нотами на фортепиано.

- Итак... Играем живо и в темпе!

Веда растерянно посмотрела на ноты.

- Но вы же дали мне скрипичную партию...

- Кто?

- Сэр…

- Да, действительно.

Он пробежал взглядом по полкам и качнул головой:

- Ноты для фортепиано были где-то тут, но что-то я их не вижу. Ничего, смотри на эти и импровизируй. Итак, у тебя четыре такта до того, как вступаю я. На последнем считай вслух.

- Сэр, я даже не знаю как…

- Начинай!

С ужасом взглянув на листок, Веда сыграла длинный неуклюжий пассаж, завершив его несколькими высокими звенящими нотами, затем громыхнула басовым аккордом и начала считать:

- Раз, два, три, четыре и …

Когда Мистер Ханнен заиграл, даже Милдред стало очевидно, что мастерства ему действительно не доставало. Но Веда не унималась, истязая басы, и когда учитель закончил, повторила всю последовательность с самого начала. Затем снова отсчитала нужный такт. Вступила скрипка.
Несколько таких кругов — и у дуэта, как показалось Милдред, начала появляться приятная сыгранность. В очередной раз, когда скрипка смолкла, вместо уже привычного пассажа Веда повторила часть скрипичной партии, и поэтому когда мистер Ханнен заиграл вновь, одна мелодия удачно вплелась в другую. Когда они закончили, он отложил инструмент и пристально глядя на Веду спросил:

- Где ты изучала гармонию?

- Я никогда не изучала гармонию, сэр.

Он хмыкнул.