Это был первый раз за несколько месяцев, когда Милдред услышала игру Веды и была в восторге от произведенного эффекта. Она была не совсем уверена в музыкальной части, за исключением издававшегося забавного звона. Однако нельзя было ошибиться в том, с какой властностью Веда поднимала правую руку вверх или с какой элегантностью она скрещивала на ней левую руку. Пьеса приближалась к волнующей шумной кульминации, а затем необъяснимым образом прервалась. Игра задела Веду за живое:


– Я всегда хочу играть именно так.


– Я скажу господину Рахманинову, когда увижусь с ним.


Мистер Ханнен слегка иронизировал по этому поводу, но он нахмурился и пристально посмотрел на Веду. Веда, немного успокоившись, закончила. Он ни произнес не слова, поднялся, нашел музыкальное произведение и положил его перед ней:


– Давай попробуем почитать ноты.


Веда протараторила эту пьесу словно механическое пианино сыграло мелодию, в то время как мистер Ханнен то морщился, как от сильной боли, то пристально смотрел на нее. Когда в комнате воцарилась тишина, он снова подошел к полкам, достал футляр для скрипки, поставил его рядом с Милдред, открыл и начал смазывать смычок:


– Давайте попробуем с аккомпанировкой. Напомните, как вас зовут?


– Мисс Пирс.


– А …?


– Веда.


– Вам когда-нибудь аккомпанировали, Веда?


– Совсем немного.


– Совсем немного что?


– … Извините?


– Я должен предупредить вас, Веда, что с маленькими учениками я репетирую общие произведения, совмещенные с музиклами. А теперь, если вы не хотите, чтобы вас оттаскали за уши, обращайтесь ко мне “сэр”.


– Да, сэр.


Милдред хотелось задрать нос и посмеяться над Ведой, которая вдруг стала кроткой и смиренной. Однако она сделала вид, что не слушает, и принялась теребить шелковый чехол для скрипки мистера Ханнена, словно это было самое интересное, что она когда-либо видела в своей жизни. Он взял скрипку и повернулся к Веде:


– Это не мой инструмент, но вам нужна аккомпанировка, так что сойдет. Сыграйте свою ”Ля”.


Веда взяла какую-то ноту, он настроил скрипку и положил лист с нотами на пианино:


– Хорошо, немного быстрее. Не тяните.


Веда непонимающе уставилась на ноты:


– Почему … вы дали мне партию скрипки.


– …?


– Сэр.


– Ах, так и есть.


Он на секунду взглянул на полки и встряхнул головой:


– Что ж, партия пианино должна быть где-то здесь, но в данный момент я не вижу ее. Хорошо, держите партию скрипки перед собой и попробуйте аккомпанировать себе самостоятельно. Давайте посмотрим… у вас есть четыре такта до моего вступления. Досчитайте последний вслух.


– Сэр, я даже не знаю как…


– Начинайте.


Бросив отчаянный взгляд на ноты, Веда сыграла длинную фальшивую композицию, которая закончилась где-то на верхних нотах. Затем, тяжелым басом она сосчитала:


– Раз, два, три, четыре и…


Даже Милдред могла заметить, что скрипка – это точно не инструмента мистера Ханнена. Но Веда тянула басовые ноты, и, остановившись, она снова повторила длинную композицию басом, сосчитала, и он снова вступил в игру. Это продолжалось недолго, но мало-помалу, как показалось Милдред, дело пошло на лад. Однажды, когда мистер Ханнен замолчал, Веда опустила длинную композицию. Вместо этого она повторила последнюю часть арии, которую он играл, так что, когда он снова вступил, она зазвучала довольно четко. Когда они закончили, мистер Ханнен отложил скрипку и снова уставился на Веду. Затем:


– Где вы изучали гармонию?


– Я никогда не изучала гармонию, сэр.


– Хм.