Милдред обрадовалась, впервые за последние месяцы услышав игру Веды, хотя музыкальная композиция — раскатистые сочные стаккато — показалась ей незнакомой. И тем более впечатляющим было исполнительское мастерство Веды, проявлявшее и в том, как она решительно вздымала вверх правую руку, и в том, как грациозно скрещивала над ней левую. Мелодия стремительно приближалась к волнующе оглушительной развязке и вдруг оборвалась — нетерпеливым резким аккордом.

- Всегда мечтала сыграть ее именно так.

- Я передам господину Рахманинову при встрече.

В голосе мистера Ханнена сквозила легкая ирония, но глаза из-под нахмуренных бровей не отрываясь смотрели на Веду. Веда, закончив играть, немного присмирела. Мистер Ханнен, не говоря ни слова, поднялся, отыскал ноты и поставил перед ней на пюпитр.

- Попробуем чтение с листа.

Веда механически оттарабанила музыкальную партию. Мистер Ханнен скривился, словно от нестерпимой боли, но не отвел от Веды пристальных глаз. Когда в комнату воровато прокралась милосердная тишина, мистер Ханнен снова прошествовал к полке, взял скрипичный футляр, положил его возле Милдред, открыл и принялся натирать смычок канифолью.

- Попробуем аккомпанемент. Я запамятовал — как ваше имя?

- Мисс Пирс.

- Имя?

- Веда.

- Вам приходилось аккомпанировать, Веда?

- Немного.

- Немного и — всё?

- Простите?

- Видите ли, Веда, я не только учу музыки своих юных воспитанников, но и наставляю их на путь истины. Поэтому, если вы не хотите схлопотать оплеуху, добавляйте к каждой вашей фразе «сэр».

- Да, сэр...

Веда вмиг оробела, сникла, и Милдред едва не закружила по комнате от разбиравшего ее смеха. Однако она сдержалась и, напустив на себя отрешенный вид, провела ладонью по шелковой обивке скрипичного футляра, словно завороженная невиданной ею доселе изяществом вышивки.

- Скрипка — не мой инструмент, - признался мистер Ханнен, - но раз вам нужно чему-то аккомпанировать, сойдет и она. Возьмите «ля».

Веда коснулась клавиши, мистер Ханнен настроил скрипку и расправил ноты.

- Хорошо. Играйте живо, не затягивайте.

Веда растерянно захлопала глазами.

- Но вы дали мне партию скрипки.

- Что?

- Сэр…

- Ах, да…

Он бросил взгляд на полку и покачал головой.

- Партия для пианино где-то есть, но сейчас я ее не вижу. Ничего страшного. Сверяйтесь с партией скрипки, что перед вами, и аккомпанируйте мне по собственному разумению. Там посмотрим. У вас проигрыш четыре такта перед моим вступлением. Последний такт отсчитайте вслух.

- Сэр, но я даже не знаю, как…

- Начинайте.

Затравленно косясь на ноты, Веда заплетающимися пальцами взяла несколько протяжных аккордов, закончившихся дребезжащим звуком. Затем, ударив по басам, начала считать:

- Один, два, три, четыре и…

Мистер Ханнен действительно плохо владел инструментом, это заметила даже Милдред. Однако Веда уверенно вела басовую партию, и когда мистер Ханнен запнулся, она повторила долгий проигрыш, перешла, считая вслух, к басам, и мистер Ханнен сумел подхватить мелодию. Так продолжалось некоторое время, и вскоре Милдред почувствовала, что игра мало-помалу наладилась. Внезапно мистер Ханнен остановился. Веда, пропустив длинный пассаж, повторила предыдущую часть партитуры, которую играл мистер Ханнен, и когда мистер Ханнен снова вступил, он и Веда зазвучали почти в унисон. Едва смолкли последние звуки, мистер Ханнен убрал скрипку.

- Где вы изучали гармонию? - поинтересовался он, буравя глазами Веду.

- Я никогда не изучала гармонию, сэр.

- Хм...