Милдред слушала игру Веды впервые за последние несколько месяцев и внимала с восхищением. Дело было не в музыке, — она больше походила на громкий лязг, — но в том характере, с которым Веда властно вздымала в воздух правой рукой, а затем левой сверху скрещивала их. Мелодия нарастающим темпом двигалась к кульминации, и вдруг, непонятно отчего, замерла. Веда отлично играла на нервах.


— Мне так больше нравится, как звучит.


— Передам господину Рахманинову при встрече.


Хотя мистер Ханнен и говорил шутливо, его брови были нахмурены, и он начал испытующе смотреть на Веду. Слегка пристыженная, она завершила отрывок. Мистер Ханнен молчаливо поднялся, достал какие-то ноты и поставил их перед Ведой.


— Попробуем с листа.


Веда пробежалась по нотам как заводная шарманка, пока мистер Ханнен морщил лицо так, будто был в предсмертных муках, пристально наблюдая за ней. Когда же наступила милостивая тишина, он снова подошел к стеллажу, вынул чехол со скрипкой, поставил его рядом с Ведой, открыл и стал натирать смычок.


— Посмотрим, как будет с аккомпанементом. Еще раз, как зовут?


— Мисс Пирс.


— А по имени?


— Веда.


— Ты когда-нибудь играла с аккомпанементом, Веда?


— Немного.


— Немного?..


— Я не очень понимаю.


— Должен предупредить тебя, Веда, что с молодыми учениками я занимаюсь не только музыкой, но и дисциплиной. Так что, если не хочешь получить подзатыльник, ты будешь звать меня сэр.


— Да, сэр.


Милдред захотелось расхохотаться и пуститься в пляс от вида той Веды, которая была сейчас перед ней – неожиданно покорная и смирная. Однако, она претворилась, что ничего не слышит, поглаживая шелковое покрытие чехла, как будто это было самое интересное шитье на ее памяти. Мистер Ханнен взял в руки скрипку и повернулся к Веде.


— Я обычно не играю на скрипке, но нужен же какой-то аккомпанемент, так что сойдет. Дай ля-мажор.


Веда сыграла аккорд, мистер Ханнен настроил скрипку и поставил ноты на пюпитр пианино.


— Играем бодро, не растягиваем.


Веда непонимающе уставилась на ноты.


— Но… вы дали мне партию для скрипки.


— Что-то пропустила.


— Сэр.


— Все верно, это партия для скрипки.


Он ненадолго задержал взгляд на стеллаже и затем покачал головой.


— Здесь где-то лежала партия для пианино, но что-то не вижу ее сейчас. Пускай тогда эта партия будет у тебя перед глазами, а ты сымпровизируешь. Так, дадим тебе четыре такта до вступления скрипки. Последний отсчитай вслух.


— Сэр, но я даже не знаю, что нужно…


— Начинай.


Безысходно глянув на ноты, Веда начала играть длительный и сбивчивый фрагмент и закончила его на какой-то звонкой ноте. А затем, тяжело ударив по басовой ноте, начала считать:


— Раз, два, три, четыре, и…

Даже Милдред слышала, что мистер Ханнен «обычно не играет на скрипке». Но Веда продолжала подыгрывать в басовом ключе, и когда мистер Ханнен остановился, она повторила длительный фрагмент, отсчитала, и снова вступила скрипка. Так продолжалось некоторое время, но Милдред казалось, что понемногу у них получается все лучше. Один раз, когда мистер Ханнен остановился, вместо того же фрагмента Веда сыграла последнюю часть мелодии мистера Ханнена, так что когда скрипка снова вступила, звучало очень выразительно. Когда они закончили, мистер Ханнен отложил скрипку в сторону и снова начал внимательно смотреть на Веду.


— Где ты училась гармонии?


— Я никогда не изучала гармонию, сэр.


— Вот как…