«Милдред Пирс», Джеймс М. Кейн

Милдред услышала игру Веды впервые за несколько последних месяцев и пришла в восторг. Большим ценителем музыки она не была, и мелодию описала бы как довольно громкое бряцание. Зато сразу бросалось в глаза, как веско и уверенно Веда взмахивает правой рукой и как элегантно кладет накрест левую. Отрывок набирал силу, громкость росла, достигая шумной кульминации, и вдруг оборвалась. Веда резко ударила по клавишам.
— Всегда хочу сыграть именно так.
— Непременно передам господину Рахманинову при встрече, — иронично ответил мистер Ханнен, но всё же нахмурился и пристально посмотрел на ученицу.
Та, мгновенно присмирев, закончила этюд. Учитель не стал делать замечаний, молча поднялся, нашел ноты и положил их на пюпитр.
— Попробуем читать с листа.
Веда протараторила пьесу, будто ожившая пианола, а мистер Ханнен тем временем то морщился, как от сильной боли, то внимательно за ней наблюдал. Когда в комнате воцарилась блаженная тишина, он вновь подошел к полкам, достал футляр для скрипки, положил его рядом с Милдред, открыл и принялся натирать смычок канифолью.
— Что ж, тогда аккомпанемент. Простите, как вас зовут?
— Мисс Пирс.
— А?..
— Веда.
— Веда, вы когда-нибудь аккомпанировали?
— Совсем немного.
— Совсем немного, и?
— Извините, что…?
— Должен предупредить, Веда, что юным особам я преподаю не только музыку, но и правила поведения. Если не хотите, чтобы я оттаскал вас за уши, обращайтесь ко мне «сэр».
— Да, сэр.
Милдред чуть не засучила ногами от желания рассмеяться над внезапно притихшей и кроткой Ведой. Однако притворилась, что даже не слушает, перебирая в руках шелковый чехол от скрипки мистера Ханнена, будто никогда не виданное искусное изделие. Учитель меж тем вернулся к Веде с инструментом в руках.
— Со скрипкой я, прямо скажем, не в ладах, но для аккомпанемента подойдёт. Сыграйте ноту «ля».
Веда нажала клавишу, мистер Ханнен подкрутил струны и положил на пюпитр новый нотный лист.
— Хорошо, теперь чуть быстрее. Не тяните ее.
Веда с недоумением смотрела на ноты.
— Почему... вы дали мне партию скрипки?
Мистер Ханнен промолчал, намекая лишь выражением лица.
— Сэр.
— Ах, и вправду. — Он задумчиво взглянул на полки и покачал головой: — Ну, партия для фортепиано должна быть где-то здесь, но сейчас мне её не сыскать. Ладно, держите партию скрипки перед глазами и подберите аккомпанемент на слух. Посмотрим, что выйдет… У вас в запасе четыре такта, прежде чем я вступлю. Отсчитайте и последний произнесите вслух.
— Сэр, я даже не знаю, как…
— Начинайте.
Бросив на ноты отчаянный взгляд, Веда, запинаясь, сыграла фигуру, закончив её где-то в верхнем, звенящем регистре. Затем, гулко ударив по тяжёлому басу, начала счёт:
— Раз, два, три, четыре и…
Даже Милдред была способна понять, что скрипка — не конёк мистера Ханнена. Но Веда, не сбавляя темпа, выдавала басовые ноты; когда учитель умолкал, повторяла витиеватую фигуру, вновь брала бас, считала такты, и он опять вступал. Так они играли недолго, но мало-помалу, как показалось Милдред, дело пошло на лад. Один раз, когда мистер Ханнен закончил, Веда не стала играть длинный пассаж. Взамен она повторила заключительный мотив, и когда учитель вступил, музыка зазвучала удивительно стройно. После мистер Ханнен отложил скрипку и снова уставился на Веду.
— Где вы изучали гармонию?
— Я никогда не изучала гармонию, сэр.
— Хм.