Впервые за последние месяцы Милдред услышала игру Веды и была в восторге результата. В музыкальной части она не была так уверена, но звук был приятный и звонкий. Но нельзя было не заметить властный жест, с которым Веда поднимала правую руку высоко в воздух, и то, как она скрещивала левую руку поверх правой. Музыка нарастала, достигая волнующей шумной кульминации, а затем неожиданно затихла. Веда взяла раздражённый аккорд.


– Я всегда хотела играть именно так.


– Я передам господину Рахманинову, когда увижу его.


Мистер Ханнен слегка иронично отнёсся к этому, но его брови сошлись на переносице, и он пристально посмотрел на Веду. Веда, немного смутившись, закончила. Он ничего не сказал, но встал, нашёл нотный лист и положил его перед ней.


– Давайте попробуем игру с листа.


Веда играла эту пьесу, как живая шарманка, а мистер Ханнен то кривился, как от сильной боли, то пристально смотрел на неё. Когда в комнате наконец воцарилась тишина, он снова подошёл к полкам, достал футляр для скрипки, поставил его рядом с Милдред, открыл и начал смазывать смычок канифолью.


– Давайте попробуем аккомпанемент. Напомните, как Ваше имя?


– Мисс Пирс.


– А?


– Веда.


– Веда, Вы когда-нибудь выступали в качестве аккомпаниатора?


– Совсем чуть-чуть.


– Совсем чуть-чуть, что?


– Прошу прощения?


– Должен предупредить Вас, Веда, что с юными учениками я совмещаю общие занятия с музыкальными. Если не хотите получить подзатыльник, обращайтесь ко мне «сэр».


– Да, сэр.


Милдред захотелось задрать нос и посмеяться над Ведой, которая вдруг стала кроткой и смиренной. Однако она сделала вид, что не слышит, и стала перебирать шелковую ткань чехла для скрипки мистера Ханнена, как будто это было самое интересное швейное изделие, которое она когда-либо видела. Он взял скрипку и повернулся к Веде.


– Это не мой инструмент, но тебе нужно что-то для аккомпанемента, так что сойдёт. Сыграй «ля».


Веда взяла ноту, он настроил скрипку и положил на пианино нотный лист.


– Хорошо, только побыстрее. Не тяни.


Веда непонимающе смотрела на ноты.


– Почему Вы дали мне партию скрипки?


Мистер Ханнен ничего не ответил.


– Сэр.


– А, так вот в чем дело.


Он бросил взгляд на полки, затем покачал головой.


– Ну, партия фортепиано где-то рядом, но я ее сейчас не вижу. Ладно, держите перед собой партию скрипки и подыграйте мне немного. Давайте посмотрим – у Вас есть четыре такта до моего вступления. Просчитайте последний такт вслух.


– Сэр, я даже не знаю, как...


– Начинайте.


Веда в отчаянии взглянула на ноты и сыграла длинную, неуверенную мелодию, которая закончилась где-то на звонких нотах. Затем, отбивая тяжёлый бас, она начала считать:


– Раз, два, три, четыре и...


Даже Милдред поняла, что скрипка определенно не принадлежит мистеру Ханнену. Но Веда продолжала играть на басу, а когда он умолк, она повторила длинную фигуру, ударила на бас, сосчитала, и он снова вступил. Это продолжалось недолго, но мало-помалу, как показалось Милдред, дело пошло на лад. Однажды, когда мистер Ханнен остановился, Веда пропустила длинную фигуру. Вместо неё она повторила последнюю часть мелодии, которую он играл, так что, когда он заиграл снова, они сыграли вместе, и получилось очень красиво. Когда они закончили, мистер Ханнен убрал скрипку и снова уставился на Веду. Затем он спросил:


– Где Вы изучали гармонию?


– Я никогда не изучала гармонию, сэр.


– Хм.