«Милдред Пирс»

Это был первый раз за последние несколько месяцев, когда Милдред услышала как Веда играет и она была очень удовлетворена эффектом. Музыкальная часть была ей не совсем понятна, разве что она издавала изящный, громкий стук. Но невозможно было ошибиться в том, с какой властной манерой Веда поднимала свой правую руку высоко в воздух или с какой манерой она скрещивала левую руку над ней. Произведение неустанно нарастало до воодушевляющей шумной кульминации, а затем, вдруг, необъяснимо срывалось. Веда задела раздражительный аккорд. «Мне всегда хочется играть это именно так».

«Я скажу Мистеру Рахманинову, когда увижу его.»

Мистер Хэннен отнёсся к этому с долей иронией, но он нахмурился и начал пристально смотреть на Веду. Веда, слегка усмиренная, закончила. Он ничего не сказал, но встал, нашел ноты и положил их перед ней. «Давай попробуем играть по нотам»

Веда быстро пробежалась по произведению, словно она была живой пианолой, а Мистер Хэннен морщился, будто ему было очень больно и пристально глядел на неё. Когда в комнате, к огромной счастью, снова воцарилась тишина, он опять подошел к полкам и достал чехол для скрипки, положил её рядом с Милдред, открыл и начал протирать смычок смолой. «Давай попробуем аккомпанемент. Как тебя там зовут?»

«Мисс Пирс.»

«А—?»

«Веда.»

«Ты когда-нибудь аккомпанировала, Веда?»

«Ну только если немного»

«Только немного что?»

«—Извините?»

«Я должен предупредить тебя, Веда, что со своими юными учениками я сочетаю достаточно общие инструкции с музыкальном составляющей. Если не хочешь получит по ушам, то будешь называть меня сэр.»

«Да, сэр»

Милдред хотелось вскочить на ноги и рассмеяться над, которая в одночасье стала кроткой и смиренной. Однако, она сделала вид, что не слушает и перебирала пальцами шёлковую ткань от чехла скрипки Мистера Хэннена, как будто бы это было самое интересное произведение шитья, которое она когда-либо видела. Он взял скрипку и повернулся к Веде. «Это не мой инструмент, но тебе нужно что-то аккомпанировать, так что сойдёт. Сыграй ля»

Веда, отстучала ноту, он настроил скрипку и переложил мелодию на фортепиано. «Хорошо, немного энергичнее. Не затягивай.»

Веда отрешенно посмотрела на ноты. «Почему—Вы же дали мне партию скрипки.»

«—?»

«Сэр.»

«О, да, так и есть.»

Она на секунду посмотрел на полки и потом покачал головой. «Что ж, партия фортепиано где-то есть, но я не вижу её сейчас. Ладно, держи партию скрипки перед собой и аккомпанируй мне сама. Посмотрим—у тебя четыре такта, прежде, чем я вступлю. Отсчитай последний такт вслух.»

«Сэр, я даже не знаю как—»

«Начинай.»

Отчаянно окинув взглядом музыку, Веда сыграла длинную, колеблющуюся мелодию, которая закончилась где-то в звенящих нотах. Затем, отбив тяжелый бас, она отсчитала: «Один, два, три, четыре, и—»

Даже Милдред заметила, что скрипка это точно не инструмент Мистера Хэннена. Однако Веда продолжила отбивать бас, и когда он остановился, она повторила длинную ноту, отбила бас, посчитала, и он снова вступил. Это продолжаюсь недолго, но понемногу, подумала Милдред, становилось более плавно. Когда Мистер Хэннен остановился, Веда опустила длинную ноту. Вместо неё, она повторила последнюю часть арии, которую он играл, так что когда он снова вступил, всё очень гладко слилось воедино.
Когда они закончили, Мистер Хэннен отложил скрипку и снова уставился на Веду. «Где ты училась гармонии?»

«Я никогда не училась гармонии, сэр.»

«Гм.»