«Милдред Пирс»

Это был первый раз за несколько месяцев, когда Милдред услышала как Вида играет, и она была поражена этим. В музыкальной части она была не совсем уверена, кроме того, что ее игра издавала громкий треск. Но не было сомнения в том, с каким авторитарным видом Вида поднимала свою правую руку высоко в воздух или то как она перекрещивала над ней левую. Эта пьеса продолжала возвышаться в шумной, волнующей кульминации и затем неожиданно остановилась. Вида взяла раздражительный аккорд. «Мне нравится играть его так.»

«Я передам мистеру Рахманинову, когда его увижу»

Мистер Ханнен подшучивал, но его брови сдвинулись, и он начал рассматривать Виду остро. Вида, присмирев, закончила играть. Он ничего не сказал: встал и нашел ноты и положил их перед ней. «Давайте попробуем чтение с листа.»

Вида прогремела эту пьесу как живое пианино, пока мистер Ханнен одновременно с игрой корчил лицо, будто бы ему было очень больно, продолжая пристально смотреть на неё. Когда тишина снова просочилась в комнату, он опять подошел к полкам, вытащил чехол от скрипки, поставил его рядом с Милдред, открыл чехол и начал натирать канифолью смычок. «Давайте попробуем аккомпанемент. Назовите-ка ещё раз ваше имя?»

«Мисс Пирс»
«А—»
«Вида»
«Вы когда-нибудь аккомпанировали, Вида?»
«Немного»
«Немного… что?»
«… простите?»
«Я должен предупредить Вас, Вида, что с юными учениками я смешиваю общее воспитание с музыкальным. Так, если Вы не хотите получить подзатыльник, Вы будете называть меня «Сэр».»
«Да, сэр»
Милдред захотела вскочить и засмеяться от того, насколько Вида стала покорной и тихой. Однако, она сделала вид, что не слушает, перебирая пальцами шелк чехла скрипки мистера Ханнена, будто бы это самая интересная вышивка, которую она когда либо видела. Он поднял скрипку и повернулся к Виде. «Это не мой инструмент, но здесь должно быть что-то, чему Вы сможете аккомпанировать, поэтому мне нужно будет это сделать. Дайте мне ля.»

Вида нажала на ноту, он повернул скрипку, и поставил ноты на пианино. «Хорошо—быстровато. Не тяните.»

Вида пусто посмотрела на ноты. «Почему—почему вы дали мне партию на скрипке?»
«—?»
«Сэр?»
«А… точно»

Он посмотрел на полки на секунду, затем покачал головой. «Ну, партия на пианино где-то тут, но я пока что ее не вижу. Ладно, держите партию скрипки перед собой и сыграйте мне небольшой аккомпанемент самостоятельно. Итак, у Вас есть четыре такта до моего вступления. Последний отсчитайте вслух.»

«Сэр, я даже не знаю как—»
«Начинайте.»

После отчаянного взгляда на ноты, Вида сыграла долгую, неуверенную фигуру, которая завершилась где-то в звенящих нотах. Затем, выбивая тяжелый бас, она отсчитала: «Раз, два, три, четыре и—»

Даже Милдред могла понять, что скрипка точно не инструмент мистера Ханнена. Но Вида продолжала бас, и когда он останавливался, выбивала бас, отсчитывала и он снова вступал. Это продолжалось недолго, но понемногу, Милдред думала, становилось лучше. Затем, когда мистер Ханнен остановился, Вида пропустила тяжелую фигуру. Тут она повторила последнюю часть мелодии, которую он играл, так что когда он вступил ещё раз, все зазвучало аккуратно. Когда они завершили, мистер Ханнен отложил скрипку и продолжил пристально смотреть на Виду. Затем: «Где Вы изучали гармонию?»

«Я никогда не изучала гармонию, сэр.»
«Хм…»