Год: 1699. Местонахождение: Южная Америка. Солнечные лучи пробиваются сквозь густую листву непроходимых джунглей. В воздухе стоит густой запах прелой травы. Цветут орхидеи. Ягуары вышли на охоту. Картину дополняют щебет птиц и крики обезьян. И, здесь, в центре джунглей, кишащих малярийными комарами, скрытый от посторонних глаз, находится он, Затерянный Город, царство солнечного света и безмолвия. Повсюду красные и белые пирамиды, каменные изваяния богов и правителей. Ступени, террасы, проходы – все поражает правильностью форм и линий. Поистине грандиозное сооружение, забытое на краю света. И вот он, наш герой, бесстрашный испанский Иезуит. Его невозможно ни с кем перепутать. Его маленькие черные глазки похожи на две смородинки, такие обычно у испанских священников. Но, в отличие от большинства отцов инквизиции с их пустыми взглядами, в глазах испанского Иезуита играет огонек. На нем черное одеяние, сапоги, распятие. Он невысок – ну, или скажем, ростом не отличается. У него оливковая кожа. Ему не мешало бы побриться. Озираясь по сторонам, он пробирается сквозь джунгли. При виде Затерянного Города, его лукавые глазенки округляются. Из складок своего одеяния он достает свиток пергамента и начинает изучать замысловатый рисунок, выполненный красными и синими чернилами. Кажется, он хорошо ориентируется в местности. Быстрым шагом он направляется к стене с изображениями чудищ. Создается впечатление, что даже лианы и орхидеи, и те, испугавшись, держались подальше от этой стены, не решаясь посягнуть на божественные владения. Испанский Иезуит движется по периметру: десять метров, двадцать, тридцать и вот, наконец, он у Ворот Ягуара. Его взору открывается величественный мегалит, возвышающийся к небу. Барельеф из зеленого камня, изображающий двух ягуаров, стоящих на задних лапах и готовых броситься на каждого, увенчивает красное сооружение. Глаза и когти животных инкрустированы золотом. Но самое удивительное, что никаких настоящих ворот и нет. Никакого намека на ржавые железные засовы. Ничего подобного. Вместо этого плотная завеса мерцающего голубого света, за которой скрывается изумительный город. Если у вас хороший слух (такой же, как у испанского Иезуита), вы услышите легкое гудение, жужжание и потрескивание, исходящее от голубого свечения. А это, что еще за дрянь внизу ворот? Кучки жареных насекомых, зажаренная птица и, о боже, - испанскому Иезуиту даже думать не хочется, что за почерневший скрюченный предмет лежит перед ним. Хотя, возможно, это всего лишь мертвая обезьянка, вытягивающее к голубому сиянию то, что раньше было лапой. Вглядываясь в изображение ворот на пиктограмме, Иезуит находит то, что ищет: черное крошечное отверстие на голове обожествленного попугая, который то ли отрубает голову пленника, то ли удобряет бананы. Все зависит от ваших знаний в области пиктографического письма. Внимательно изучив рисунок, Иезуит засовывает руку в кожаный мешочек, висящий у него на поясе. Он достает оттуда старинный золотой ключ странной, несвойственной ключам формы. Откуда он у испанского Иезуита? Прочитал ли он о мифическом ключе в одной из давно забытых, покрытых пылью книг библиотеки Эскориала? Совершил ли он полное невероятных опасностей путешествие по Новому свету в поисках заветного ключа? Я знаю не больше вашего. Задержав дыхание, испанский Иезуит вставляет ключ в отверстие в клюве божественной птицы. И тут же раздается пронзительный крик. Иезуит понимает, что это сигнал тревоги. О его присутствии стало известно. Возможно даже не одному человеку. На мгновение пелена голубого света начинает дрожать и рассеиваться. Не желая упускать свой шанс, испанский Иезуит прыгает через ворота. Несмотря на длинную сутану, он передвигается необычайно легко. Только он успевает приземлиться на мостовую, как завеса голубого света за ним вновь смыкается. И даже комара, пытавшегося следовать за Иезуитом, словно искровой разряд, настигает ужасная, хотя нельзя сказать, что несвоевременная смерть. Испанский Иезуит облегченно вздыхает. Он смог попасть в Затерянный Город. Со всех сторон на него смотрят величественные громады с загадочными очертаниями. Иезуит находит тенистый уголок с бьющим фонтаном. Рядом стоят каменные столы и стулья. Он садится. На столе лежит лист пергамента, на котором каллиграфическим почерком что-то написано. Иезуит наклоняется вперед, чтобы повнимательней изучить его. В проходе под аркой проскальзывает тень. Иезуит поднимает глаза и видит перед собой индейца майя. Не узнать этого персонажа невозможно. Головной убор, украшенный перьями, шкура ягуара, блестящая прядь черных волос, выбритых на затылке, крючкообразный нос и высокие скулы. На лице читается выражение горькой усмешки, свойственной представителю давно исчезнувшей цивилизации. Неужели испанскому Иезуиту пришел конец? Но нет, индеец майя поклонился ему, да так, что зеленые перья его головного убора подались вперед. Затем он спросил: - Что угодно Сыну Небес? Иезуит посмотрел вниз, на пергаментный лист. - Пожалуй, «Маргарита» подойдет. Только со льдом и солью, идет? И сделай два. Я жду друга. - Хорошо, - отвечает индеец майя и, молча, удаляется. До чего же мне нравятся такие сцены. Вы не представляете, какое удовольствие я испытываю, наблюдая яркий контраст между иллюзиями и действительностью. Представляю шок воображаемого наблюдателя, который, скорее всего, думает, что попал в английскую комедию. Знаете, почему я выжил на этой работе после стольких лет выполнение идиотских поручений, без каких бы то ни было наставлений? Все потому, что у меня есть чувство юмора и нет выбора.