Отрывок из романа «22 убийства Мэдди Мэй», Макс Барри

Фелисити Степлс висела на телефоне, выслушивая, как окружной прокурор убеждал ее, что она заблуждается. Разобрать его слова мешало тиканье часов.

– Ваши предположения совершенно неверны, – вещал прокурор. Прокурора округа звали Том Дэниелс. Фелисити разговаривала с ним уже не раз, и с каждым разговором его мнение о девушке, казалось, лишь ухудшалось.

– Я ничего не предполагаю, – ответила девушка, – а лишь задаю вопросы.

– Прошу вас.

Она была знакома с этой его стратегией, которой он пользовался на телевидении – когда его загоняли в угол неудобными вопросами, Дэниелс произносил «прошу вас», а после плавно уводил разговор в сторону. И легкая морщина на лбу – признак раздражения и снисходительного веселья. Дэниелс был мужчиной лет сорока пяти, с сомнительным загаром и крайне выразительным лицом.

– Сколько времени вы уже убили на этот случай? Трудно поверить, что Брэндон считает это разумным использованием ваших ресурсов.

Брэндон Аберман был главным редактором их газеты. Насмешку она проигнорировала – во-первых, потому что так он пытался сменить тему, а во-вторых, да, Брэндон и правда предпочел бы, чтобы она писала о чем-нибудь другом. В идеале – о постельных клопах. (1)

– Молодой человек из влиятельной семьи выходит сухим из воды, не отсидев ни дня, хотя улик против него – целое изобилие...

– Изобилие, – повторил Дэниелс. – Как мило, что вы нашли применение своему филологическому образованию. Разбирайся вы в реалиях прокурорской работы, понимали бы, что мы принимаем лучшие решения, которые позволяют обстоятельства.

– Эти обстоятельства подразумевают и дружбу с мэром?

– Фелисити Степлс, – произнес он тоном разочарованного родителя. Фелисити Степлс, подойди сюда. Этот беспорядок – твоих рук дело? – Я не сомневаюсь, что вашим способностям можно найти куда лучшее применение, нежели попытки выудить у окружного прокурора скандальные цитаты.

Редакция была огромным офисом открытого типа, где рабочие столы из темного дерева были хаотично расставлены под беззвучными телевизорами с лихорадочно сменяющимся видеорядом. Стол Фелисити стоял у самого входа, рядом с лифтами, а над ним висели часы. По обеим сторонам от стола тянулись застекленные кабинеты с опущенными жалюзи, а впереди – за рядом пустующих вот уже полгода столов – виднелись два великолепных окна, которые открывали вид на высотки, поддерживающие небо. Между столами и окнами висела доска объявлений, у которой стояла политический обозреватель и колумнистка (2) Мелинда Грейс с чашкой кофе в руках. Она поднесла чашку к губам и осторожно отпила напиток.

На доске для внутренних объявлений висела знакомая Фелисити вакансия – искали менеджера по социальным сетям. Она сама не раз изучала это объявление, но каждый раз убеждалась, что эта должность не имеет ничего общего с ее образованием, стремлениями и убеждениям; да и платили меньше. Зато эта профессия будет востребована и через год, чего не скажешь о ее нынешней должности. И вид Мелинды Гейнс, которая внимательно изучала вакансию, попивая кофе, приводил в ужас: ведь Мелинде было сорок четыре, и к этому моменту она уже отметилась серией резонансных статей, в которых разоблачила трёх коррумпированных городских судей. Если уж она всерьез подумывает о смене профессии – значит, будущее журналистики и правда предрешено, и приговор вывешен на той самой доске. (3)

– Я вполне довольна тем, как я применяю свои способности, Том, благодарю за беспокойство, – ответила Фелисити. Спорить с ним она не собиралась – ей хотелось, чтобы он расслабился, а позже она разнесла бы его в статье. Девушке было всего тридцать три, и перспектив у нее хватало.

– Вы можете подтвердить, что лично встречались с семьей Хаммонд в ночь накануне снятия обвинений?

– Мне нужно свериться с ежедневником.

Ее обзор – Мелинду Гейнс, размышляющую о будущем журналистики, – заслонила долговязая фигура стажера Тодда, размахивающего желтым листком. На лице с круглыми очками отражалась взволнованность.

– У меня тут убийство, – сказал он.

Фелисити отмахнулась. Убийства – не ее профиль. Она предпочитает освещать вопросы городской политики, вести свой лайфстайл-блог, иногда публикует статьи о тех, кто умер после сомнительного ужина. Но не об убийствах.

– Но вы же встречались с ним? Когда-нибудь? В неофициальной обстановке?

– При необходимости постараюсь найти и направить вам нужную информацию.

Не собирался он ничего искать. Он ответил на ее звонок только затем, чтобы лишить ее возможности написать «Окружной прокурор Том Дэниелс отказался от комментариев – запрос редакции остался без ответа». И теперь он будет тянуть время, выжидая, когда обновится информационная картина дня, и все забудут о до нелепости снисходительном соглашении по делу Джеймса Хаммонда, привлекательного студента с блестящим будущим, которое на какое-то время оказалось под угрозой из-за обвинения в нападении на девушку, осмелившуюся во время вечеринки подшутить над ним.

– Может, напишите об убийстве? – спросил Тодд, встав прямо перед ней.

Примечания переводчика

1. Статьи о постельных клопах – в США это пример банальной и тривиальной темы для местной прессы, которая не вызовет резонанс в обществе. (Здесь и далее примеч. перев.)
2. Колумнист – журналист, единолично ведущий колонку или рубрику в газете, журнале и др. изданиях.
3. В оригинале автор ссылается на библейскую идиому из Книги Даниила (5:5) «the writing is on the wall», которая символизирует неминуемый конец или грядущую беду.