Отрывок из произведения «22 убийства Мэдисон Мэй» Макса Барри

По телефону окружной прокурор утверждал, что Фелисити Стэплз совершает ошибку. Его было плохо слышно из-за часов.

- То, на что вы намекаете, неправда, — сказал окружной прокурор. Его имя Том Дэниелс. Он уже несколько раз говорил с Фелисити, и, кажется, с каждым разом его мнение о ней становиться все хуже.

- Я ни на что не намекаю, — ответила она. - Я просто задаю вопросы.

- Ну, пожалуйста, - она уже слышала, как он говорил это по телевизору, когда его настойчиво спрашивали о чем-то, на что он не хотел отвечать. Сначала его «пожалуйста», а затем смена темы. А еще прищипование брови, выражающее как веселье, так и боль от вопроса. Дэниелсу около сорока с небольшим, он сомнительно загорелый, с красивым выразительным лицом. - Сколько времени вы уже потратили на эту историю? Мне трудно поверить, что Брэндон правда считает это разумным использованием вашего времени.

Брэндон Аберман - это главный редактор газеты. Фелисити проигнорировала насмешку, потому что, во-первых, это была смена темы, а во-вторых, да, на самом деле Брэндон бы точно предпочел, чтобы она работала над чем-то другим, желательно связанным с постельными клопами.

- Молодой человек из семьи со связями выходит, не отсидев срок, несмотря на изобилие доказательств...

- Изобилие, — сказал Дэниелс. - Я очень рад, что вы нашли применение вашему диплому о высшем филологическом образовании. Но если бы вы были знакомы с реальностью судебных процессов, вы бы знали, что мы должны прийти к справедливому решению, учитывая обстоятельства.

- Например, такие обстоятельства, как дружба семьи с мэром?

- Фелисити Стэйплс, — сказал он с интонацией разочарованного родителя. Так и просятся слова: Фелисити Стэйплс, иди сюда, это ты устроила беспорядок? - Я на сто процентов уверен, что есть более подходящее место для ваших талантов, чем выуживание информации из окружного прокурора.

Редакция представляет собой огромное открытое пространство с темными столами, беспорядочно расставленными под экранами телевизоров, работающих без звука. Стол Фелисити находится в передней части рядом с лифтами, под часами. Слева и справа от него находятся стеклянные кабинеты с жалюзи, а впереди, за участком рабочего пространства, который пустеет уже в течение шести месяцев, два великолепных окна, из которых открывается вид на небо в обрамлении небоскребов. Между ними весит доска объявлений, около которой стоит Мелинда Гейнс с чашкой кофе в руках - политической репортер и журналист. Мелинда приподняла чашку и осторожно отпила. Фелисити знает, что на доске весит объявление об открытой вакансии «менеджер социальных сетей». Она знает это, поскольку сама уже несколько раз смотрела его. Каждый раз она думает, что эта должность не имеет отношения к тому, чему она когда-либо училась, к чему стремилась и во что верила, а также за эту должность предлагают маленькую зарплату. Но это должность, которая точно еще будет существовать через год, чего нельзя сказать об ее собственной. Наблюдать за тем, как Мелинда Гейнс размышляет об этом за чашкой кофе, было больно, потому что Мелинде сорок четыре года, и она написала серию серьезных статей, разоблачающих трех коррумпированных городских судей. И если даже Гейнс рассматривает должность «менеджера социальных сетей», то будущее журналистики действительно уже предопределено. Буквально показано здесь.

- Я довольна тем, как использую свои таланты, спасибо, — сказала Фелисити. Она не хочет с ним ругаться. В ее интересах, чтобы он чувствовал себя комфортно, и потом она бы смогла после его же слов разоблачить его в печати. Ей тридцать три. Она может еще многое сделать в этой жизни. - Правда ли, что вы лично встречались с Хэммондами накануне снятия обвинения?»

- Мне нужно проверить свой ежедневник.

Ее размышления о том, как Мелинда Гейнс думает о будущем журналистики, были нарушены длинной фигурой стажера Тодда, размахивающего листом желтой бумаги. Он в круглых очках, и на его лице легко считывается встревоженность.

- У меня убийство, - сказал Тодд.

Фелисити прогнала его. Она не занимается убийствами. Она работает с городской политикой, образами жизни, иногда историями о людях, которые умерли, съев что-то, что не нужно, но не убийствами.

- Вы с ними виделись когда-то? Может на каком-нибудь общественном мероприятии?

- Я могу уточнить и отправить вам эту информацию, если хотите.

Он никогда ей ничего не отправит. Он принял ее звонок, чтобы лишь лишить ее возможности написать: «Окружной прокурор Том Дэниелс не дал своих комментариев по данному делу к моменту публикации этой статьи». Он так и будет водить ее за нос до следующего новостного издания, при публикации которого никто уже и не вспомнит о странно снисходительном решении в деле Джеймса Хэммонда, симпатичного студента колледжа, чье многообещающее будущее на секунду оказалось под угрозой из-за нападения на девушку, которая посмеялась над ним на вечеринке.

- Может возьмешь убийство? — сказал Тодд.