Фелисити Стэйплз разговаривала по телефону с окружным прокурором, который уверял ее, что она совершает ошибку. Его голос было трудно разобрать из-за тиканья часов.
– То, что вы подразумеваете, это просто не правильно, – сказал окружной прокурор Том Дэниелс. Они с Фелисити уже общались раньше, однако с каждым их разговором его мнение о ней падало все ниже.
– Я ничего не подразумеваю, а лишь задаю вопросы.
– Пожалуйста, – он всегда применял такую стратегию по телевидению, когда не хотел отвечать: «Пожалуйста», а затем плавный переход к другой теме. Его лицо, словно у актёра, выражало одновременно раздражение и удовлетворение. Дэниелсу было за сорок, его загар выглядел неестественно, а мимика была такая, словно он играл главные роли в театре.
– Вы потратили так много времени на эту историю, сомневаюсь, что Брендон считает ваши действия разумной тратой ваших сил.
Брендон Аберман – главный редактор газеты. Фелисити решила проигнорировать колкость Тома, он пытался отвлечь ее от самого важного, да и в действительности, Брендон на самом деле бы предпочел, чтобы она писала о чем-нибудь другом, хоть о постельных клопах.
– Молодой мужчина из важной семьи уходит безнаказанным, несмотря на обилие доказательств.
– Обилие, – усмехнулся Дэниелс. – Рад, что вы смогли найти применение вашему диплому в английской литературе. Если бы вы были лучше ознакомлены с процессом судопроизводства, то вы бы сразу поняли, что мы всегда выносим лучший приговор, конечно же принимая во внимание все обстоятельства.
– Обстоятельства по типу того, что семья осужденного имеет связи с мэром, тоже принимаются во внимание?
– Фелисити Стейплз, – сказал он разочарованным тоном, словно родитель, который отчитывает своего ребенка за совершенную ошибку. – Я уверен, что вы способны на большее, чем простое выманивание «попался» фраз из уст прокурора.
Редакция представляла собой просторное помещение с тёмными столами, разбросанными под тихими, постоянно мигающими ТВ-экранами. Стол Фелисити стоял у лифтов, прямо под часами. Слева и справа виднелись затемнённые стеклянные кабинеты, а вдали – два огромных окна, а за сводами небоскребов проглядывало небо. Рядом с окнами висела доска объявлений, где с кружкой кофе в руке стояла Мелинда Гейнс – политический обозреватель со своей собственной колонкой в газете. Мелинда сделала глоток, не сводя глаз с доски. Там висела вакансия: менеджер социальных сетей . Фелисити уже подумывала об этом раньше. Она всегда считала, что должность не имеет отношения ни к ее образованию, ни к целям, ни к убеждениям, да и зарплата была заметно ниже. Однако через год за эту работу хотя-бы будут платить, чего нельзя сказать о ее нынешней позиции. Наблюдая, как Мелинда Гейнс – автор громких расследований о коррупции трех судей – подумывает о работе в социальных сетях, Фелисити охватил ужас. Если даже Гейнс смотрит в сторону менеджмента, то журналистика действительно обречена. Приговор был написан на стене… буквально вывешен.
– Я довольна тем, как использую свои таланты, спасибо, Том, – Фелисити не собиралась спорить. Ей нужно было, чтобы Дэниелс расслабился, затем дело было за малым, разнести его в клочья в газете. Ей было тридцать три, она могла позволить себе ждать. – Это правда, что вы лично встречались с Хэммондами накануне дня снятия обвинений?
– Мне нужно будет посмотреть ежедневник.
В этот момент в поле зрения Фелисити оказалась не Мелинда Гейнс, а долговязый стажер Тодд. Он размахивал желтым листком. На нём были круглы очки, сам он был немного напряжен.
– У меня тут убийство.
Фелисити отмахнулась. Она не работала с убийствами. Ее темы – городская политика и светская жизнь, разве что ее могли заинтересовать истории про смерть от отравления.
– Но вы же с ними встречались, верно? В социальной обстановке?
– Я могу это уточнить и точно сказать вам, если конечно вы этого желаете.
Конечно ответ нужен, но он не будет этого делать. Он уже ясно дал понять, что не будет давать ей ответа, а в ее «разгромной» статье будет написано: «Окружной прокурор Том Дэниелс не давал никаких комментариев на момент публикации». Теперь он будет тянуть время до следующего новостного повода, к этому моменту все уже позабудут про подозрительную сделку Джеймса Хэммонда – сына богатых родителей, чье светлое будущее едва не разрушил скандал, связанный с нападением на девушку, которая посмеялась над ним на вечеринке.
– Возьмёте убийство? – Тодд встал прямо перед ней, загораживая доску журналистке.