«Полостан» Нил Стивенсон

Там, между железнодорожным вокзалом и паромным причалом, он нашел закусочную. Сидя за уединенным столиком, он пил кофе и ел кусок вишневого пирога (сейчас как раз был сезон вишни) и ждал Доун.
Хотя её сложно было не заметить, он признал ее лишь в тот момент, когда она подошла к его столику. Она подросла еще на дюйм или два, и даже без каблуков была выше среднестатистического мужчины. Но дело было не только в этом. Этой девушке пришлось через многое пройти, и это в корне изменило ее. Сейчас она вела себя совершенно по-другому, даже движения стали иными. И все эти перемены были вовсе не в худшую сторону. Задорный энтузиазм фермерской девчонки Доун версии 1932 года, сменился холодным самообладанием и настороженностью, без капли страха.
Они не ждали друг от друга объятий или любых других проявлений взаимных чувств. Не так часто можно было встретить тридцатилетнего инженера-холостяка, который беседовал бы с девушкой, еще достаточно юной, чтобы сойти за ученицу старшей школы. Легенда о том, что она его родственница из древни, приехавшая погостить в город на пару дней, которую они использовали Индиане, здесь не сработает. А правду о том, что он совершенно не интересовался женщинами, нельзя было произносить вслух даже в Сан-Франциско. Он поднялся, пожал ей руку и указал на диванчик напротив. Если бы кто-нибудь из сталелитейной компании случайно увидел их и стал задавать вопросы, он бы сказал, что проводит собеседование на должность секретаря.
- Доун мертва, - заявила она.
- Я видел статью в газете. Из Северной Дакоты. Подумал, это можешь быть ты.
Услышав это, девушка приподняла бровь. Она училась говорить без слов, используя лишь мимику.
- Как только они выяснили, что это не Бонни Паркер, то сразу потеряли интерес, - добавил он.
Она кивнула и потянулась за меню.
- Итак, как мне следует называть тебя, юная леди?
- Ав-Аурора, - она запнулась на первом слоге, все еще не привыкнув произносить собственное имя.
- Твой отец называл тебя так, когда вы разговаривали по-русски, - вспомнил он. - Он всегда произносил с 'в' - Аврора. Но пусть будет Аурора, - он пожал плечами и ухмыльнулся. - А я по-прежнему просто Боб.
Подошедшая официантка смерила Аурору оценивающим взглядом, дав Бобу повод сделать то же самое. Прошлым летом в Вашингтоне он наблюдал за ее "инициацией", как она это называла. В начале своего пути она походила на бродяжку, но со временем то ли откопала где-то приличную одежду, то ли сшила ее сама, благодаря чему смогла попасть в салон красоты. В конце концов дела пошли в гору, и она смогла стать настоящей Золушкой на балу с армейскими генералами и светскими дамами. С тех пор она пережила множество взлетов и падений. Боб предположил, что она была примерно на полпути к восстановлению после недавней катастрофы. Утреннее солнце, проникающее через окно закусочной, осветило следы толстого слоя тонального крема на одной стороне ее лица, скрывающего то, что она не хотела показывать.
Девушка выглядела уставшей и осунувшейся, из-за чего казалась старше своих лет. Она заказала яйца и хэш*, и если продолжит в том же духе, то это платье вскоре будет сидеть на ней гораздо лучше. Боб хотел спросить, когда она в последний раз ела досыта, но передумал.
- У тебя все еще есть скрипка? - это был немного глупый вопрос, ведь она взяла с собой лишь маленький чемоданчик.
- Она сгорела в пожаре. Наверное, это к лучшему.
- Ты действительно вся в отца, - произнеся это, Боб поморщился, подумав, что его слова задели ее за живое. Но она только искоса взглянула на него. Ему приходилось постоянно напоминать себе, что ей всего восемнадцать.
Аурора пару раз взглянула в сторону кассы. Теперь Боб понял, что она рассматривала газетный стенд.
- Последние пару недель я была немного оторвана от жизни. Навещала семью. Там, где они живут, нет газет. Есть какие-нибудь новости о Бонни и Клайде?
Он покачал головой.
- Боюсь, конкуренты вытеснили банду Барроу с первых полос. Диллинджер сбежал. Пулеметчик Келли получил пожизненный срок. Скорее всего, он закончит свои дни в Алькатрасе.
- Что это?
На столе начала появляться еда. Боб понял, что в перерывах между укусами Аурора побуждала его заговорить, пока набивала рот едой. Он рассказал о новом руководстве Алькатраса и о том, что планируют сделать с этим местом. Боб продолжал говорить, предаваясь воспоминаниям о том, что произошло в Вашингтоне, как он установил контакты с Международной компанией в этих краях, в основном по ту сторону залива, в Беркли.
В закусочную вошел мужчина и сел за соседний столик. После этого Боб говорил лишь о проекте строительства моста. Когда Аурора покончила с едой (что не заняло много времени) она без колебаний позволила ему заплатить за нее, а затем купить ей билет на паром. Это были женские привилегии, о которых никогда бы не задумалась девушка в синих джинсах по имени Доун, но которые теперь она принимала как должное.

* Хэш (hash) — популярное блюдо, состоящее из измельченного мяса, картофеля и лука, обжаренных на сковороде.