Там, между станцией и паромным причалом, Боб отыскал закусочную. Он уселся за столик и, потягивая кофе вприкуску с хитом сезона - вишневым пирогом, принялся ждать Доун.

Хотя девушка обладала незаурядной внешностью, Боб узнал ее не сразу, а лишь когда она почти вплотную приблизилась к столу. Доун вытянулась на пару дюймов и теперь даже без каблуков превосходила по росту большинство мужчин. Боб заметил и другие перемены. Многое пережив, она стала держаться иначе: изменились ее манеры, движения. И не в худшую сторону. Задорная сельская девчонка осталась в 1932 году. Прежняя восторженность сменилась холодным, расчетливым бесстрашием.

Оба они понимали, что объятия и прочие нежности неуместны. Ведь не так много найдется причин для общения тридцатилетнего инженера-холостяка с юной девушкой, похожей на гимназистку. Тогда, в Индиане, Доун прикинулась кузиной-провинциалкой, приехавшей в город погостить на пару дней. Но сейчас бы такая уловка не сработала. А озвучить правду о том, что Боб вообще не интересовался женщинами, не представлялось возможным даже в городе свободных нравов, Сан-Франциско. Он приподнялся, чтобы по-деловому пожать девушке руку, и жестом попросил занять место напротив. Случись кому-нибудь из металлургической компании застать их вместе, Боб пояснил бы, что Доун проходит собеседование на должность секретаря.

- Доун больше нет, - заявила она.

- Я видел статью в газете. Из Северной Дакоты. Подумал, не ты ли это.

Доун удивленно повела бровью - училась использовать мимику вместо слов.

- Как только выяснили, что Бонни Паркер не при делах, тему закрыли, - добавил Боб.

Доун кивнула и потянулась за меню.

- И как же теперь величать вас, милая леди?

- Ав... Аурора, - она с непривычки запнулась на первом слоге собственного имени.

- Когда вы с отцом говорили по-русски, - припомнил Боб, - то он звал тебя Авророй, через "в". Хотя Аурора звучало бы правильнее.

Он пожал плечами и ухмыльнулся:
- Ну, а я по-прежнему Боб.

Подошла официантка и окинула девушку оценивающим взглядом. Боб невольно повторил за ней. Тем летом в Вашингтоне он наблюдал, как Аурора, выражаясь ее же словами, "становилась на ноги". Поначалу она выглядела ничем не лучше уличной бродяжки. Но со временем ухитрилась раздобыть и сшить вручную наряды, позволяющие посещать салоны красоты, не опасаясь, что ей укажут на дверь. В конце концов, она взлетела так высоко, что могла появляться в высшем обществе, подобно Золушке, блистающей на балу в окружении генералов и светских дам. С тех пор она пережила череду взлетов и падений. Боб предположил, что теперь Аурора находилась примерно на полпути к восстановлению после недавнего краха. Луч утреннего солнца, пробившийся сквозь окно, высветил на ее щеке полосу толстого слоя пудры, скрывающей что-то от посторонних глаз.

Уставшая до изнеможения, Аурора казалась старше своего возраста. Она заказала омлет и картошку с мясом. "Если будет продолжать в том же духе, - подумал Боб, - то и платье перестанет висеть, как на вешалке." Он хотел спросить, когда она ела досыта в последний раз, но передумал.

- Где твоя скрипка? С собой? - вопрос прозвучал немного глупо, поскольку все пожитки Ауроры умещались в небольшом чемоданчике.

- Сгорела в пожаре. Может, и к лучшему.

- Вся в отца, - Боб поморщился, испугавшись, что задел за живое, но Аурора лишь недовольно покосилась. Боб в очередной раз напомнил себе, что ей всего восемнадцать.

Девушка то и дело поглядывала в сторону кассы. Боб догадался, что она смотрит на газетную стойку.

- На пару недель выпала из жизни, пока навещала семью. Там газет не найдешь. Что-нибудь пишут о Бонни и Клайде? - поинтересовалась Аурора.

Боб отрицательно покачал головой:
- Конкуренты вытеснили банду Барроу с первых страниц. Диллинджер скрылся. Пулемет Келли получил пожизненное. Наверняка так и сгинет в Алькатрасе.

- Что за Алькатрас?

Начали подавать блюда. Боб догадался, что Аурора в перерывах между пережевыванием пищи вынуждает его говорить, чтобы тем временем снова напихать еды в рот. И он начал рассказывать о новом руководстве Алькатраса и о дальнейших планах в отношении тюрьмы. Он продолжал заполнять время воспоминаниями о событиях, произошедших в Вашингтоне. Поведал о связях, которые установил с международной организацией в этих краях, в основном по другую сторону залива, в Беркли.

Вошел мужчина и сел за соседний столик. Боб тут же сменил тему и заговорил о строительстве моста. Когда Аурора закончила трапезу, что не заняло много времени, она без всяких колебаний позволила Бобу оплатить ее завтрак, а затем купить билет на паром. У девчонки Доун в синих джинсах и мысли бы не возникло, чтобы воспользоваться такими женскими привилегиями, которые принимались Ауророй как должное.