«ПОЛОСТАН», Нил Стивенсон

Там, между железнодорожным вокзалом и паромным причалом, он нашел закусочную. Потягивая кофе и закусывая вишневым пирогом, он уселся за столик и стал дожидаться Дон.

Ее трудно было не заметить, однако же, он не сразу узнал в ней Дон – только когда та почти подошла к его столику. Она подросла еще на пару дюймов и теперь, даже без каблуков, была выше среднего мужчины. Но дело было не только в этом. Она многое пережила, и это сказалось на том, как она держится, как двигается. Сказалось в лучшую сторону. Беззаботный девчачий задор, который был у нее в 1932 году, уступил место холодной сдержанности – настороженной, но не испуганной.

Они оба знали, что не будет никаких объятий или иных проявлений взаимных чувств. Не так уж часто можно увидеть, как тридцатилетний инженер-холостяк беседует с молоденькой девушкой, на вид – еще старшеклассницей. История, которую они придумали в Индиане – будто бы она его кузина из деревни, приехавшая погостить, – здесь не сработала бы. А уж истинную правду о том, что женщины его и вовсе не интересовали, нельзя было произносить вслух даже в Сан-Франциско. Он приподнялся, чтобы пожать ей руку, затем указал на сиденье напротив. Случись кому-нибудь из сталелитейной компании случайно увидеть их и начать задавать вопросы, он бы сказал, что берет ее на работу, на должность секретарши.

– Дон мертва, – заявила она.

– Видел заметку в газете. Из Северной Дакоты. Думал, вдруг это ты.

Услышав это, она приподняла бровь. Она все еще училась владеть лицом, говорить без слов.

– Как только они поняли, что это не Бонни Паркер, потеряли интерес, – добавил он.

Она кивнула и потянулась за меню.

– Что ж, как мне следует называть Вас теперь, юная леди?

– До… Аврора.

Она споткнулась на первом слоге, будто сама еще не привыкла произносить собственное имя.

– Твой отец называл тебя так, когда вы разговаривали по-русски, – напомнил он.

– Он произносил через «ау» – «Аурора». А я – Аврора.

Он пожал плечами и ухмыльнулся:

– Ну, а я по-прежнему просто Боб.

Подошла официантка и смерила Дон оценивающим взглядом. Боб воспользовался моментом и тоже обвел ее глазами. В то лето в Вашингтоне он стал свидетелем того, как она «выбилась в люди», как она это называла. Будучи в то время почти нищей, она раздобыла или сшила вручную одежду, достаточно приличную, чтобы ее не вышвырнули из салона красоты. В конце концов, она поднялась по служебной лестнице настолько, что смогла вести себя как настоящая принцесса на балу с генералами и светскими дамами. С тех пор она пережила несколько взлетов и падений. По прикидкам Боба она сейчас должна быть примерно на полпути к восстановлению после очередного падения. Утреннее солнце, заглядывавшее в окно закусочной, высвечивало полоску густо наложенного тонального крема на одной стороне ее лица, под ним явно скрывалось то, что она не хотела показывать.

Она выглядела усталой, осунувшейся, старше своих лет. Однако яичница и мясное рагу, которые она заказала, вполне могли бы ей помочь прийти в форму. Он хотел было спросить, когда она в последний раз нормально ела, но передумал.

– Скрипка все еще при тебе?

Это был довольно глупый вопрос, ведь единственное, что у нее было с собой, – маленький чемоданчик.

– Сгорела в пожаре. Может оно и к лучшему.

– Яблочко от яблоньки.

Боб тут же поморщился, пожалев, что сказал это – прозвучало как-то резковато. Но она только искоса глянула на него. Ему приходилось постоянно напоминать себе, что ей всего лишь восемнадцать.

Пару раз она украдкой взглянула на стойку у кассы. Боб понял, что она смотрит на стойку с газетами.

– Последние пару недель я не в курсе дел. Навещала семью. Там газет не читают. Есть новости о Бонни и Клайде?

Он покачал головой:

– Боюсь, конкуренты потеснили банду Бэрроу с первых полос. Диллинджер сбежал. Пулеметчику Келли дали пожизненное. Скорее всего, он закончит свои дни в Алькатрасе.

– Алькатрас? Это что?

Начали приносить еду. Боб понял, что прожевав очередной кусок, Аврора старалась разговорить его дальше, чтобы продолжить жадно уплетать завтрак. Он рассказал о новом руководстве Алькатраса и о том, что они планируют сделать с этим местом. Он продолжал тянуть время, вспоминал все, что произошло в Вашингтоне, рассказал ей о контактах, которые установил с Интерполом в этих краях, в основном по ту сторону залива, в Беркли.

В закусочную вошел мужчина и сел за соседний столик. Боб сменил тему и заговорил о проекте моста. Когда Аврора покончила с едой, – а это не заняло много времени, – она без колебаний позволила ему оплатить завтрак, а затем купить ей билет на паром: преимущества быть женщиной, о которых и знать не знала прошлая Дон, та девчонка в голубых джинсах, и которые теперь она принимала как должное.