Он зашел в ресторанчик между вокзалом и пристанью и, заказав из сезонного меню кусок вишневого пирога и чашку кофе, принялся ждать Дон.



Несмотря на яркую внешность девушки, он узнал ее, только когда она уже практически вплотную подошла к столику. Дон вытянулась еще на пять-шесть сантиметров и даже в туфлях на плоской подошве была выше среднестатистического мужчины. Нет, дело было даже не в росте. События, которые она пережила, наложили отпечаток на ее манеру вести себя, изменили походку и движения тела. Надо сказать, что эти перемены пошли ей на пользу. Из озорной деревенской девчушки, какой он знал Дон в 1932 году, она превратилась в спокойную, сдержанную, слегка робкую, но не запуганную девушку.



Ни один из них не рассчитывал на теплое приветствие: обняться или как-то иначе выразить взаимную радость встречи было нельзя. Не так-то много обстоятельств могут сблизить тридцатилетнего холостяка, инженера, и девушку, еще не окончившую школу. Во время встреч в Индиане Дон притворялась его двоюродной сестрой, которая приехала из деревни на пару дней погостить в город. Здесь эта история не пройдет. А уж тот факт, что женщины не интересуют его в принципе, и вовсе нельзя было озвучивать, даже в Сан-Франциско. Он привстал, чтобы пожать девушке руку, и жестом пригласил ее сесть напротив. На случай, если кто-нибудь из сталелитейной компании увидит их здесь и начнет задавать вопросы, у него уже был заготовлен ответ: он собеседует кандидатку на должность секретаря.



- Дон мертва, - заявила девушка.



- Да, я читал. Об этом писали в газетах Северной Дакоты. Я еще подумал: вдруг это о тебе.



Ее бровь слегка приподнялась. Иногда мимика подводила ее: она только-только начала обучаться искусству говорить без слов.



- Но как только выяснилось, что это не Бонни Паркер, все разговоры утихли, - продолжил он.



Она кивнула и потянулась за меню.



- Так как же мне обращаться к Вам, юная леди?



- Ау…, Аврора, - ответила она, с непривычки запнувшись.



- Твой отец называл тебя так, когда вы с ним говорили по-русски, – вспомнил он. - Именно так, через “в” - “Аврора”. Хотя по-нашему правильнее “Аурора”.



Слегка пожав плечами, он улыбнулся:



- Что ж, я по-прежнему просто Боб.



Подошедшая к столику официантка окинула Дон оценивающим взглядом; Боб не упустил шанса сделать то же самое. Тем летом в Вашингтоне он стал свидетелем того, как Дон “пробивала себе дорогу”, так она сама это называла. Поначалу она, точно бродяга, одевалась во что придется: что-то находила на свалке, что-то шила сама. Однако со временем ее дела пошли в гору, и Дон нередко появлялась на публике при полном параде в сопровождении армейских генералов и светских дам. С тех пор она пережила целую череду взлетов и падений. Наблюдения Боба подсказывали ему, что сейчас девушка как раз пыталась оправиться от очередной неудачи. Полуденное солнце, проникавшее сквозь ресторанное окно, подсвечивало на щеке Дон то, что она старалась скрыть от остальных под толстым слоем тонального крема.



Она выглядела старше своих лет, осунувшейся и уставшей. Если она будет почаще налегать на хэш с яйцами, который только что заказала, у нее есть все шансы не отощать окончательно. Боб хотел спросить, когда она в последний раз нормально ела, но не решился.



- Все еще играешь на скрипке? – поинтересовался Боб и, увидев на сиденье рядом с Дон небольшой футляр, осознал глупость собственного вопроса.



- Потеряла ее при пожаре. Должно быть, к лучшему.



- А ты остра на язык! Вся в отца! – сказал Боб и тут же осекся. Кажется, это было слишком. Но она только искоса посмотрела на него. Не забывай, ей всего восемнадцать. Всего восемнадцать.



Она несколько раз бросила взгляд в сторону кассы. Только теперь Боб понял, что Дон пыталась найти стойку с газетами.



- Я немного отстала от жизни в последние несколько недель. Гостила у родителей. Там, где они живут, нет газет. Слышно ли что-нибудь про Бонни и Клайда?



Он покачал головой:



- Боюсь, что конкуренты Банды Бэрроу потеснили их с первых полос. Диллинджер сбежал. «Пулемёт» Келли получил пожизненное. Скорее всего он окончит свои дни на Алькатрасе.



- А что это?



Начали выносить еду. Боб догадался, что Аврора, с остервенением накинувшаяся на закуску, была сейчас не лучшим собеседником, поэтому стал рассказывать о новом руководстве Алькатраса и назначении острова. Затем он предался воспоминаниям обо всем, что произошло в столице, и сообщил девушке о контактах, которые ему удалось установить с представителями “Интернешенал” в тех краях, в основном по ту сторону залива, в Беркли.



В ресторан вошел мужчина и сел за соседний столик. С этого момента Боб говорил лишь о проекте строительства моста. Немного подождав, когда Аврора доест, он потянулся за бумажником, чтобы расплатился по счету и купить ей билет на паром. Прежняя Дон, в джинсах и футболке, никогда бы не позволила мужчине заплатить за нее, но сейчас она воспринимала эти женские привилегии как само собой разумеющееся.