Из ‘Все мои друзья супергерои’

Кауфман, Эндрю.

В ту ночь у Тома появились боли в груди. Первый раз это произошло в десять вечера. Хотя его и скрутило от острой боли, которая поначалу отказывалась проходить, вскоре полегчало. Через два часа всё повторилось, а к утру приступы участились и стали повторяться каждые десять минут. Перфекционистка спала, и он знал, что лучше её было не трогать. Он позвонил Амфибии.

– Привет, – сказал Том.

– Привет, – сказал Амфибия.

– Ой, – сказал Том. Он почувствовал болезненный укол в сердце.

– Что там у тебя?

– Боль в груди.

– Острая и отказывается проходить?

– Да.

– Повторяется?

– Да!

– Чаще, чем раньше?

– Уже каждые десять минут.

– Пошлю к тебе врача.

– Что со мной?

– Лучше него не найти.

– Да скажи же, что со мной!

– У тебя разбивается сердце, – сказал Амфибия.

Через десять минут Амброз, врач Амфибии, уже стоял у Тома в дверях. У Амброза были широкие кисти с сильными пальцами и круглыми, отполированными костяшками. Из заднего кармана штанов он достал красную тряпку и вытер ею лицо.

– У тебя тут проблемы с сердцем? – спросил он Тома.

– Да.

Амброз снял кепку и снова надел. Брови его приподнялись: «Давай побыстрее».

Том отошёл от двери.

– Где кухня? – спросил Амброз.

Том провёл его через гостиную на кухню. Взгляд Амброза упал на кухонный стол.

– Крепкий? – спросил он, опершись всем своим весом на угол стола. Амброз опустился на колени, чтобы изучить его ножки. – Сойдёт, – сказал он и принялся убирать со стола грязную посуду и газеты, скомандовал: – Раздевайся.

Том стал расстёгиваться.

Амброз указал на кухонный стол. – Лицом вниз.

Раздевшись догола, Том взобрался на кухонный стол и лёг на холодную столешницу.

Амброз натянул резиновую перчатку на правую руку. Том ахнул, когда тот вставил палец ему в задний проход и потянул вверх. Том услышал щелчок в своей груди. А когда Амброз перевернул его на спину, то увидел, что грудь его открылась, как капот машины. Амброз приподнял её и, подперев ребром, зафиксировал под углом в сорок пять градусов. Затем он начал рыться внутри.

– Думай о своей девушке, – приказал Амброз.

– Она моя жена, – сказал Том.

– Неважно. Просто представь себе её лицо.

Том представил себе лицо Перфекционистки.

– Теперь представь то, что тебе больше всего в ней нравится, – продолжил Амброз.

Том представил себе её нос. Он почувствовал руку Амброза на своём сердце. Том медленно дышал. Амброз потянулся за его сердцем, что-то сжал, и вверх брызнула тонкая струйка крови, попавшая Амброзу в лицо.

– Вот оно, – сказал он, запустив руку в задний карман, откуда снова достал тряпку и вытер ею лицо.

– Что? Что там?

– Когда ты в последний раз его прочищал?

– Никогда.

– В этом всё и дело, – сказал Амброз. – Тут мне понадобится Стюарт.

Стюартом назывался длинный, громоздкий инструмент, который Амброз держал в своём грузовике и доставал только изредка. Оставив раздетого Тома на кухонном столе, Амброз вышел из комнаты.

Том услышал, как дверь в его квартиру открылась и закрылась. Амброза не было пятнадцать минут. Том лежал голым на кухонном столе. Он приподнял голову и увидел, как бьётся его сердце.

Амброз вернулся с внушительной металлической коробкой. Он достал из неё длинный, острый на вид инструмент из нержавеющей стали. Это и был Стюарт.

Амброз держал его обеими руками.

– Глубоко вдохни, – дал команду Амброз. – И вспомни, как ты впервые её поцеловал.

Том представил себе ужасную подвальную квартиру, в которой они раньше жили. Хуже всего был линолеум на кухне, покрытый следами от ботинок и брошенных сигарет. Когда-то белый пол был серого цвета несмываемой грязи.

Перфекционистка не могла с этим смириться. Однажды в среду, спустя пять дней после их первого официального свидания, она принесла с собой два ведра голубой краски и пару валиков.

– Прекрасная идея, – сказал Том.

Они приступили к покраске пола. С рвением они двинулись от той линии, где ковёр соприкасался с линолеумом. Сначала они закрашивали участок перед собой, затем отходили на несколько шагов назад и красили следующий. Вскоре они уперлись в заднюю стену кухни и оказались загнанными в угол. Том поднял глаза и увидел улыбающуюся Перфекционистку.

– И что нам теперь делать? – спросил её Том.

Перфекционистка (идеально) поцеловала его.