«Священный источник»
Генри Джеймс

Не успел я с ним раскланяться, как ко мне вновь обратилась миссис Бриссенден, преисполненная столь же горячей убежденности, что и прежде.

– Вы знаете, это совершенно верно она, сомнений быть не может. И как я, глупая, не замечала? Впрочем, я не столь внимательна, как вы, – вижу не намного дальше своего носа. Но вот вблизи…

Она деликатно хихикнула, явно довольная собой.

– Эти двое ушли вместе.

– Куда?

– Не знаю, но несколько минут назад я застала их вдвоем. Наверное, бедняжки решили побыть часок наедине в парке или саду. Все же ясно как божий день. Как там поется в той песенке? «Открой глаза, и все поймешь!» С вашего позволения вот что скажу: ваша сообразительность воистину поражает. И как вы только заметили, что это она?

– Моя дорогая, я ничего не замечал, – возразил я. – Да и сейчас не замечаю. Это же вы обратили на нее внимание.

Моя собеседница молча уставилась на меня, и в тот момент – помню как сейчас – мне стало тошно от ее глупости и бездушия. Она едва ли отдавала себе в них отчет, но раздражала при этом ничуть не меньше. Ее красивая грудь вздымалась, в широко распахнутых голубых глазах светилось превосходство. Я понял: мне невыносимо, что она так увлечена миссис Сёрвер, а бедняга Брисс ей безразличен. Казалось, она лишний раз благочинно дает мне понять, что уж у нее-то любовника нет. Она всего лишь грызет беднягу Брисса по маленькому кусочку, но любовника у нее нет.

– Я не вижу, чтобы миссис Сёрвер подавала явные знаки, – настаивал я.

В ее взгляде проглядывалось возмущение.

– Но, как вы сами сказали, леди Джон таковых не подает?

– О, помимо миссис Сёрвер и леди Джон есть и другие женщины.

– Разумеется, но мы же минутой ранее их обсудили и пришли к выводу, что они на эту роль не годятся. А если и леди Джон исключена, то кто остается еще, кроме миссис Сёрвер? Нам нужна дурочка…

– В самом деле? – перебил я.

– А как же? Ведь так гласит ваша теория, коей вы меня столь сильно заинтересовали. Вы же сами предложили эту мысль.

– Что нам нужна дурочка?

Настроение мое вовсе испортилось.

– А нужен ли нам вообще кто-нибудь?

Она мгновение помолчала и странно улыбнулась.

– Ах, вы хотите взять свои слова назад? Вам за них стыдно. Мой дорогой, быть может, вы…

Было очевидно – я пробудил возле себя острый, хоть и скудный, разум. Наша общая знакомая и в самом деле сильно изменилась, на что я обратил внимание миссис Бриссенден. Хоть я и жалел о сказанном, это не отнимало у меня проницательности.

– Если вы откажетесь от своих слов, я подумаю, что вы кого-то защищаете. Трус! – воскликнула она с таким жаром, что я, должен признать, разволновался. – С нашей прошлой беседы с вами что-то произошло. Трус! – повторила она с ужасной насмешкой. – Попался!

От ее слов я покраснел.

– Попался?

– Уж не случилось ли на вашу беду, что вы сами в нее влюблены?

Задумавшись на мгновение, я ответил:

– Что ж, если желаете, можете считать и так, ведь, знаете ли, это дает мне повод в столь чудной ситуации, в коей мы оказались, быть совершенно уверенным в том, что это за человек. И я в самом деле уверен. Так вот же! Она не подходит. А что касается вашего утверждения о ее пребывании сейчас в укромном месте в компании Лонга, позвольте вас поправить. Оно безосновательно. Если вы сейчас отправитесь в библиотеку, мимо коей я только что проходил, вы увидите нашу подозреваемую в компании графа де Дрёй.

Миссис Брисс снова на меня уставилась.

– Неужели? Во всяком случае, она была с мистером Лонгом и сказала мне, когда я их встретила, что они только что вышли из гостиной.

– Верно. Они там встретились – я пошел туда вместе с ней, – и ушли вместе на моих глазах. Должно быть, сразу после они расстались.

Она помолчала, обдумывая мои слова, и сказала:

– Это доказывает лишь одно: они боятся, что их увидят вместе.