Не успел я с ним проститься, как вновь столкнулся с миссис Бриссенден. Её терзали поспешные выводы, наедине с которыми я ее оставил ранее.

- Это точно она, вне всяких сомнений. Как же я, глупая, сразу не догадалась! Я ведь не так рассудительна, как вы, иной раз не вижу того, что под носом. Но тут все очевидно! - Она горделиво рассмеялась. - Эти двое скрылись вместе.

- Куда?

- Не знаю, куда, но пару минут назад я определенно точно видела, как они улизнули. Голубки спешили уединиться где-нибудь в парке или в садах. У кого глаз наметан, тому все ясно. Как в той похабной песенке, "амурных дел не скрыть!" Простите мою прямолинейность, но я поражаюсь, как вам удается всех видеть насквозь. Просто уму непостижимо! Ведь вы сразу приметили миссис Сервер.

- Но мадам, возразил я, - никого я не приметил ни сразу, ни после. Это вы нашли жертву и на нее набросились.

Собеседница смотрела на меня в упор, и, помнится, в тот момент я интуитивно почувствовал всю ее глупую надменность и жестокость, неосознанные, но от того не менее раздражающие. Ее изящная грудь торжествующе вздымалась, а в широко распахнутых голубых глазах читалось примитивное самолюбование. Я просто не мог вынести того, что она прицепилась к миссис Сервер в то время, как сама вела себя недостойно по отношению к бедняге Бриссу. Казалось, что она подчеркивает свою добродетель, напоминая о том, что у нее нет любовника. Конечно, ведь она святая! Просто день за днем изводит беднягу Брисса, только и всего.

- Не нахожу в поведении миссис Сервер ничего предосудительного, - настаивал я.

Она почти негодовала:

- С ваших слов, и леди Джон - сама безгрешность.

- Позвольте, но, кроме миссис Сервер и леди Джон, тут и других дам хватает.

- Не спорю, но минуту назад мы всех остальных исключили. Так вот, если леди Джон чиста, то почему бы нам не переключиться на миссис Сервер? Ведь нам нужно найти простофилю...

- Неужели? - вскричал я, перебивая.

- А как же! Вы сами заинтриговали меня этой идеей.
Ведь вы ею одержимы!

- Идеей найти простофилю? - мне стало не по себе.
- Без этого никак нельзя?

После недолгого молчания на ее лице появилась странная улыбка:

- Ах, вы хотите взять свои слова обратно! Вы сожалеете о сказанном? Дорогой, возможно вы...

Так вышло, что обратив ее внимание на разительные перемены, произошедшие с мистером Лонгом, я невольно зажег подле себя прекрасную, хотя и робкую искру разума. Теперь бесполезно жалеть о содеянном - эта искра возгоралась пламенем.

- Если вы станете все отрицать, то заставите поверить в то, что кого-то выгораживаете. Слабак! - воскликнула она с уверенностью, которая, надо признать, меня встревожила. - Что-то случилось момента нашей последней встречи. Слабак! - повторила она. В ее голосе звучали пугающе радостные нотки. - Вас охмурили!

Я весь залился краской от ее слов:
- Охмурили?

- Признайтесь, что вам неудобно от того, что сами воспылали к ней любовью?

- Ради бога, - парировал я, - можете говорить, что вам угодно. Значит, по-вашему, именно влюбленность в миссис Сервер позволила мне столь фривольно и при том уверенно обсуждать с вами такие деликатные вещи. Да, я абсолютно уверен, что она не такая, как вы думаете. И если вы утверждаете, что она в данный момент в каком-то уединенном месте в компании мистера Лонга, позвольте мне немедленно опровергнуть ваши предположения. Они абсолютно не убедительны. Если вы заглянете в библиотеку, через которую я только что прошел, то найдете там миссис Сервер в компании графа де Дре.

Миссис Брисс вновь уставилась на меня:

- Как? Уже с графом? Во всяком случае, когда я встретила ее с мистером Лонгом, она сказала, что они возвращаются из галереи.
- Совершенно верно. Когда мы с ней прогуливались на выставке картин, нам встретился мистер Лонг. Я видел своими глазами, как она с ним потом ушла. Но, видимо, их встреча была недолгой.

Выслушав меня, миссис Брисс тут же все вывернула наизнанку:

- Такое поведение - прямое доказательство моей правоты! Они боятся, что их лишний раз увидят вместе!