Алчность

Мы вернулись домой, и в тот вечер за обеденным столом снова поднялась тема капитализма. Может показаться, что мы семья революционеров. На сей раз обсуждение начал Джереми, который перед началом ужина зашёл на кухню босиком с телефоном в руках. Я же сидела и пила чай. Ему то ли 16, то ли 17 лет, не помню точно. Обычно мы с ним обсуждаем инопланетян, и я подигрываю ему, что они действительно существуют, чтобы в конце концов на него снизошло озарение абсурдности веры в инопланетян, однако сегодня его интересовало нечто другое. Джереми был в футболке «Rage Against the Machine»*, и я обратила внимание, что он начал отращивать усы.
- Я не могу, блядь, в это поверить! - сказал он мне. Я не против того, что он матерится. Правда. По неведомой мне причине, меня это даже забавляет.
- Бабушка Ди, а тебе нравятся слоны? - спросил Джереми.
- Да, очень нравятся. - ответила я. - Хотя, сказать по правде, я не знакома лично ни с одним слоном.
Мы с Джереми сидим на кухне. Астрид готовит ужин, Уэсли был занят чем-то .в гараже, а Коринн воркует наверху перед телевизером. Где Люси - я не знаю. Наверное читает где-нибудь дома.
- Слоны - одни из величайших Божьих созданий. - прододжила я. - Мне известно, что они скорбят при утрате своих сородичей.
- Ты только посмотри на эту чертовщину. - сказал Джереми, показывая экран телефона.
- Очень мелко. Я же так ничего не вижу.
- Тебе прочитать вслух? - спросил он.
Какой же он красивый молодой человек. Люблю проводить с ним время. Нет ничего проще, чем любить своего внука, просто за то, что он есть. Кроме того, внешне он чем-то похож на моего покойного мужа.
- Конечно, прочитай. - ответила я.
- Видишь ли, тут говориться об убийстве слонов и всяком таком. - предупредил Джереми.
- Что же случилось? - спросила Астрид, не отрываясь от готовки. - Как их убили то?
- Чтож, тогда начинаю читать. В Зимбабве, и я, кстати говоря, знаю где это. Мы проходили это на уроке географии. Итак, в статье говорится о том, что они, эти люди, ну зимбабвийцы, подсыпали цианид в водоёмы, в этом, типа, громадном парке, чтобы отравить слонов. Я так палагаю, что у этих ублюдков есть доступ к промышленному цианиду, который используется при добыче золота...
- Джереми, следи за свим языком, пожалуйста. - скромно сказала Астрид.
Сейчас она нарезала помидоры кубиками.
- И они были, в смысле, что яма с отравленной водой убивала маленьких животных, гепардов, а затем стервятников, которые поедают мёртвых гепардов, так что это что-то вроде настоящей уличной забегаловки во Дворце Смерти, но в основном цианид в водоёмах убивает слонов. - Джереми смотрит на меня так, словно я во всём виновата. Я уже стара. Я понимаю: пожилые люди ответственны за все. - Которые безобидны.
- Зачем они это делают? - спрашиваю я.
- Убивают слонов? Из-за слоновой кости. У них это что-то вроде клыков.
- И сколько же слонов пострадало от этого? - поинтересовалась я.
- Здесь написано восемьдесят - говорит мне Джереми, - восемьдесят слонов, отравленных цианидом, лежат мёртвыми кучами. Господи, иногда я ненавижу людей.
- Да, - говорю я, - есть за что.
- Как ты думаешь, что они делают со всей этой слоновой костью? - спрашивает Астрид, помешивая соус.
- Для резьбы, - объясняю я, - они делают фигурки маленьких Будд. Они убивают слонов и вырезают счастливого Будду из их бивней. Затем продают счастливого Будду американцам. И они ставят их дома как украшение.
- Это так неправильно, - говорит Джереми. - Люди больны. Черт возьми, эти слоны человечнее людей.
- Это всё от алчности, - говорю я.
- Что это значит? - спрашивает Джереми.
- Это синоним слову жадность. Пойди спроси Коринн, - говорю я ему, - она наверху, смотрит телевизор. Ей всё это тоже не нравится. Она реагирует также как и ты.
- Я все еще ненавижу её, - говорит он. - Я всё еще не хочу с ней говорить. Такова моя политика. Она просто не...
- Да знаю, знаю, - говорю я. - Твоя политика мне понятна. В конце концов, тебе просто придется закрыть на это глаза, милый.
- Ты же не хочешь сказать, что это какой-то пустяк, потому что для меня это было очень важно. Если бы было не важно, то, что она бросила моего отца и тебя, оставив моё воспитание на вас, тогда вообще ничего не важно, понимаешь?
- Да, - говорю я. - Теперь я понимаю.

*Американская рок-группа из Лос-Анджелеса.