«Алчность» Чарльз Бакстер


Мы возвращаемся домой, и в этот вечер тема капитализма снова поднимается за ужином. Похоже, что мы семейство революционеров. На сей раз зачинщик Джереми, который перед ужином босиком заходит на кухню со своим айфоном. Я сижу и попиваю чай. Ему шестнадцать или семнадцать, точно не припомню. Обычно мы разговариваем о космических пришельцах, и я притворяюсь, будто бы верю в их существование, чтобы повеселить его и, в конце концов, подвести к мысли, что на всё это воля Христа. Однако сегодня его заботит что-то другое. На нём футболка с группой «Rage Against the Machine» и я замечаю, что он отращивает усы и на сей раз успешно.

- Твою ж мать, я не могу в это поверить, – говорит он мне. Я не возражаю, когда он непристойно выражается. Правда, не возражаю. Это меня подзуживает, не знаю, почему.

- Бабуля Ди, а ты любишь слонов?

- Очень люблю, - отвечаю я. - Хоть я и не знакома ни с кем из них лично.

Мы сидим за кухонным столом. Астрид готовит ужин, Уэсли чем-то занят в гараже, а Коринна прикорнула перед телевизором наверху. Я не знаю, где сейчас Люси - наверное, читает где-то в доме.

- Они одни из величайших созданий божьих, - говорю я. - Я понимаю, почему они оплакивает своих мёртвых.

- Тогда глянь на эту грёбанную штуку, – говорит он, показывая на маленький экран смартфона.
- Слишком мелко, мне не разглядеть.

- Хочешь, чтобы я прочитал? – спрашивает он. Какой же он обаятельный юноша. Я наслаждаюсь его компанией. Любить внука так просто, для этого не надо прилагать никаких усилий. Кроме того, его лицо немного напоминает мне лицо моего покойного мужа.

- Конечно, - отвечаю я.

- Ну, видишь, тут написано про то, что слонов убивают и всё такое.

- А что с ними? – спрашивает Астрид, стоя у плиты. – Как их убивают?

- Короче, в Зимбабве, а я знаю, где это, мы на географии это проходили, здесь, в статье написано, что, типа, эти люди, зимбабвийцы, добавляют цианид в местах водопоя в этом, типа, огромном парке, чтобы убивать слонов. И у этих ублюдков, я думаю, есть доступ к промышленному цианиду, который они используют для добычи золота…

- Джереми, пожалуйста, следи за языком, - сдержанно произносит Астрид. Сейчас он нарезает кубиками помидоры.

- И они, ну, типа, отравленные источники воды, убивают маленьких животных, гепардов, а потом и грифов, которые едят мёртвых гепардов, и, получается, что это словно целая трапезная дворца смерти под открытым небом, но, в основном, цианид в воде убивает слонов, - он смотрит на меня так, словно я во всём виновата.

Я стара. Я понимаю: старики в ответе за всё.

- Какие же безвредны?

- Почему они это делают?- спрашиваю я.

- Убивают слонов? Ради слоновой кости. У них, это, типа, бивни есть.

- Со сколькими слонами они так поступили?

- Здесь говорится о восьмидесяти, - говорит мне Джереми. - Восемьдесят мёртвых слонов, отравленных цианидом, лежат в кучах других мёртвых слонов. Господи, иногда я ненавижу людей.

- Да, - отвечаю я. - Это справедливо.

- Как ты думаешь, для чего им вся эта слоновая кость?– спрашивает Астрид, помешивая соус.

- Для резьбы, - говорю я, - Они вырезают маленьких Будд. Убивают слонов и вырезают счастливого Будду. А потом продают счастливого Будду американцам. И маленький Будда из слоновой кости отправляется на освещённую витрину.

- Это так неправильно, - отзывается Джереми. - Люди чертовски больные. Эти слоны, мать их, более человечны, чем сами люди.

- Это алчность, - говорю я.

- Это что? - переспрашивает он.
- Ещё одно слово для обозначения жадности. Иди, спроси Коринну, - отвечаю я ему. - Она наверху смотрит телевизор. Ей это тоже не по нраву. Она думает так же, как ты.

- Я всё ещё её ненавижу, - говорит он. - Я пока не могу с ней заговорить. Таковы мои принципы. Она просто не…

- Я знаю, знаю, - отвечаю я. - Твои принципы понятны. Просто со временем тебе всё равно придётся от них отказаться, милый.

- Да не можешь ты мне говорить, что это не важно, если это важно. Если это не было важно, бросить меня отцу и тебе на попечение, то тогда уже ничего не важно, понимаешь?

- Да, - говорю я. - Я понимаю. Пока что.