Чарльз Бакстер «Алчба»

Мы вернулись в дом и тем же вечером снова заговорили о политике. Будто мы какая-то семейка революционеров. Сегодня повестка исходила от Джереми, ему 16 или 17, не помню точно. Держа в руках айфон, он прошлепал босыми ногами по полу и зашел на кухню, в которой я пила чай. Иногда мы с Джереми ведем беседы об инопланетянах, и я подыгрываю ему, говоря, что те существуют – такими разговорами я пытаюсь привить ему веру в бога. Однако сегодня парня, похоже, занимало нечто иное. На нем футболка с какой-то рок-группой и кажется, он снова отращивает усы. На этот раз, кстати, довольно удачно.

- Что за черт! Я не могу в это поверить, - обратился он ко мне. Меня не трогало то, что он ругается. Совершенно. Это было даже забавно. – Ба Ди, тебе нравятся слоны?

- Да, очень, правда, я ни с одним из них лично не знакома. – Мы сидим за кухонным столом. Астрид готовит обед, Уэсли чем-то занят в гараже, а со второго этажа доносятся приятные гукающие звуки - там, перед телевизором, Корин разговаривает со своим малышом. А вот где Люси? Понятия не имею, наверное, как обычно читает где-то в доме. – Слоны – они одни из самых величественных и сострадательных божьих тварей, они оплакивают своих мертвых сородичей.


- Тогда посмотри на эту чертовщину, - Джереми тыкнул куда-то в экран телефона.

- Мелковато, ничего не вижу.

- Давай я прочту. – Какой замечательный парень у нас вырос! Мне нравится проводить с ним время. С внуками так просто, от тебя не требуется ничего, кроме любви. К тому же, Джереми внешне так похож на моего покойного мужа.

- Конечно, почитай.

- Короче, штука в том, что слонов убивают и всё такое.

- В смысле? – спросила Астрид из-за плиты. – Как убивают?

- Ну в Зимбабве, я знаю, где это, мы проходили на географии есть такой, типа, огромный парк для слонов. Короче, как пишут в статье, местные жители, зимбабвийцы, насыпают цианид в местах водопоя слонов, тем самым убивая их. Думаю, эти недоноски работают на золотых приисках и оттуда берут цианид…

- Джереми, следи, пожалуйста, за языком, - строго попросила Астрид, чинно нарезая помидоры.

- И ее, в смысле отравленную воду, пьют совсем ещё малыши, детеныши гепарда, например. А потом их маленькие трупы едят стервятники, для них это, типа, пир горой, но больше всего от цианида страдают слоны. – Сказав это, Джереми зыркнул на меня так, будто это я сыпанула слонам отраву. Оно и понятно, я стара, а для молодёжи люди, жившие до них виновны абсолютно во всех смертных грехах. - Так животных не останется.

- А зачем их убивают? – спросила я.

- Слонов? Ну ради слоновой кости, у них же, типа, бивни.

- А скольких слонов они уже убили?

- Пишут, что восемьдесят. Восемьдесят отравленных цианидом слонов валяются, как груда мусора. Как же люди меня иногда бесят!

- Да, - согласно кивнула я. – В этом ты не одинок.

- Как думаешь, на что им столько бивней? – мешая соус спросила Астрид.

- Фигурки или украшения будут вырезать, - ответила я. – маленьких Будд. Забавно, они убивают слонов, чтобы вырезать из их бивней счастливую физиономию Будды, а потом продавать ее американцам. Вот так маленький Будда из слоновой кости попадает на витрины магазинов.

- Но так ведь нельзя, - подал голос Джереми. – Да они больные на голову! Да слоны, черт побери, больше люди, чем сами люди!

- Это называется алчба.

- Как называется?

- То же, что и алчность, спроси у Корин, она наверху смотрит телевизор. Ее, как и тебя это сильно расстраивает.

- Я все еще ненавижу ее, - насупился он. – Не хочу с ней пока разговаривать, я так решил. Она даже не…

- Знаю, знаю, - поспешила успокоить его я. – И твоё решение абсолютно понятно. Но, дорогой, со временем, обида пройдет и это станет такой мелочью.

- Как ты можешь говорить, что это была мелочь, когда это было очень важно?! Если то, что она бросила отца и скинула меня тебе на шею – не важно, то что вообще тогда важно?

- Да, понимаю. Время пока не пришло.