Чарльз Бакстер "Алчность".
(отрывок романа "Алчность" Чарльза Бакстера)

Мы возвращаемся в дом, и разговор о капитализме, теме сегодняшнего вечера, снова начинается за обеденным столом. Кажется, будто у нас дом революционеров. На этот раз, тему заводит Джереми, который зашел босиком на кухню перед ужином с айфоном в руках. Я сижу и пью чай. Ему шестнадцать или семнадцать лет, не помню точно. Обычно мы обсуждаем инопланетян, я притворяюсь, что верю в них, чтобы порадовать его и в конце концов привести его к теме Иисуса. Однако сегодня он задумался о другом. На нем футболка с группой Rage Against the Machine. Я замечаю, что его очередная попытка отрастить усы наконец приносит плоды.

— Черт возьми, я просто не могу в это поверить,— говорит он мне. Я не против того, чтобы он выражался. Правда, не против. Это почему-то даже доставляет мне удовольствие. — Баба Ди, тебе нравятся слоны?

— Очень нравятся, — отвечаю я. — Хотя я никогда не была знакома со слоном лично. Мы сидим за кухонным столом. Астрид готовит ужин, Уэсли делает что-то в гараже, а Коринн клюет носом перед телевизором наверху. Где находится Люси, я не знаю — читает где-то в доме, наверное. — Они одни из величайших созданий Бога, — говорю я. — Насколько я знаю, они оплакивают умерших сородичей.

— Так вот посмотри на эту чертовщину, — говорит он, показывая на маленький экран телефона.

— Слишком мелко. Я не вижу.

— Хочешь, я тебе прочитаю? — спрашивает он. Какой же он красивый молодой человек. Мне нравится проводить с ним время. Очень просто любить внука, совсем не приходится прилагать усилия. Кроме того, он немного напоминает мне моего покойного мужа.

— Да, пожалуйста, — говорю я.

— Ну знаешь, дело в следующем, статья о том, как убивают слонов и все такое.

— Так, и? Спрашивает Астрид из-за плиты. — Как их убивают?

— Ну так вот, в Зимбабве, я кстати знаю где это, мы на географии проходили, в общем, там написано, в этой статье, что люди, зимбабвийцы эти, добавляют цианид в водоемы в этом, как его, огромном парке, чтобы убить слонов. И я думаю, у этих подонков есть доступ к промышленному цианиду, который используется при добыче золота...

— Джереми, пожалуйста, следи за языком, — сдержанно просит Астрид. Она режет помидоры.

— И они, ну в смысле отравленная вода, типа, убивает маленьких животных, гепардов, и стервятников, которые едят гепардов, когда те умирают. То есть это как такой пикник смерти получается, но в основном, цианид в водоемах убивает слонов. — Он так пристально на меня смотрит, как будто это моя вина. Я старая. Я понимаю, старики несут ответственность за все. — Они ведь безобидные.

— Зачем они это делают? — спрашиваю я.

— Слонов убивают? Ради слоновой кости. У них есть такие бивни.

— И много слонов они так убивают? — спрашиваю я.

— Здесь говорится, что восемьдесят, — отвечает Джереми. — Восемьдесят мертвых слонов, отравленных цианидом, просто лежат в одной куче. Господи, иногда я ненавижу людей.

— Да, — отвечаю я. — Это можно понять.

— Как думаете, что они делают со слоновой костью? — Спрашивает Астрид, помешивая соус.

— Используют для резьбы, — отвечаю я. — Вырезают маленьких Будд. Убивают слонов и вырезают счастливого Будду. А потом продают этого счастливого Будду американцам. И маленький Будда из слоновой кости отправляется на витрину с подсветкой.

— Это НАСТОЛЬКО неправильно, — говорит Джереми. — Люди — больные. Слоны, черт возьми, человечнее людей.

— Это все алчность, — говорю я.

— Это все ЧТО? — переспрашивает он.

— Так по-другому называют жадность. Иди спроси у Коринн, — отвечаю я. — Она наверху, смотрит телевизор. Ей тоже не нравится это слово, говорит как ты.

— Я все еще ее ненавижу, — отвечает он. — До сих пор с ней разговаривать не хочу. Для меня это принципиально. Она просто...

— Знаю я, знаю, — говорю я. — Твой принцип понятен. Но рано или поздно тебе придется от него отказаться, милый.

— Ты не можешь говорить мне, что это не важно, потому что это важно. Если переложить всю заботу обо мне на отца и тебя — это не важно, то что тогда вообще важно?

— Да, — отвечаю я. — Я понимаю. Пусть будет так. Пока что.