И вот мы дома и в тот же вечер за обеденным столом вновь поднимается тема капитализма. Такое впечатление, что у нас семейство революционеров. На этот раз инициатором является Джереми. Ещё до ужина он босяком  заходит в кухню держа в руках iPhone. Я сижу и пью чай, ему шестнадцать или семнадцать, уже не помню. Наша обычная тема - инопланетяне, я поддакиваю, как-будто верю в них, чтобы в конечном итоге свести разговор к Иисусу, но сегодня он заинтересован чем-то другим. На Джереми футболка с надписью Rage Against the Machine*, а я смотрю на его заметно пробившиеся усики.


- Ни хера себе, - обращается он ко мне. Не знаю почему, но меня забавляют его ругательства и я ничего против них не имею, вот, честно, ничего. - Бабушка Ди, ты любишь слонов?


- Обожаю, хотя ни с одним из них лично не знакома. 

Мы расположились за кухонным столом, Астрид хлопочет с ужином, Уэсли копошится в гараже, Корин сидит у телевизора что-то невнятно бормоча, вот только не знаю где Люси, наверное, читает где-то в доме. 

- Слоны - одни из величайших Божественных творений. Я слышала, что у них есть свои похоронные обряды для умерших сородичей, - добавляю я.


- Тогда посмотри на эту хрень, - негодует Джереми и протягивает маленький экран телефона.


- Не вижу, слишком мелко.


- Давай прочитаю, - предлагает он. Какой же он красавец. Мне приятны наши с ним беседы. Не нужны ни какие усилия, чтобы любить внуков,  это так легко, кроме того, его лицо слегка напоминает мне моего покойного мужа.


- Давай, - говорю я.


- Вот, смотри, слонов убили, да ещё каким способом.


-А что с ними? - отзывается Астрид, отрываясь от плиты. - Как убили?


- Это в Зимбабве. Знаю эту страну по урокам географии, так вот в статье о том, что эти зимбабвийцы подсыпают цианистый калий в резервуары с водой по всему огромному парку и травят слонов. Скорей всего этих ублюдышей кто-то снабжает промышленным цианидом из золотых рудников. 


- Джереми, поаккуратней с выражениями, - притворно застенчиво вставляет Астрид и продолжает нарезать кубиками томаты.


- И от неё, ну от отравленной воды, погибают животные поменьше - гепарды, а  отравленных гепардов пожирают стервятники и это как контейнер смерти на природе, но больше всего гибнет слонов. 

Джереми одаривает меня обвиняющим взглядом. Я понимаю посыл. У нас принято, что за все отдуваются старики, а я стара.

- И  что хуже?


- Зачем они это делают? -  спрашиваю я.


- Слонов убивают? За слоновую кость. У них же типа бивни.


- И много убили? -  снова интересуюсь я.


- Здесь пишут, что восемьдесят. Куча трупов из восьмидесяти погибших от цианида слонов. Боже, иногда чувство, что я ненавижу людей.


- Да, - соглашаюсь я. -  Не удивительно.


- Как ты думаешь, куда идёт эта слоновая кость? -  интересуется Астрид, помешивая соус. 


- На статуэтки, - отвечаю я. - Из неё изготавливают маленькие статуэтки Будды. Убивают слонов, чтобы вырезать счастливого Будду и продают счастливого Будду американцам, потом фигурку ставят в стеклянную стойку с подсветкой.


- Ужас, - восклицает Джереми. - Люди охрененно больны. Эти слоны человечнее нас, черт побери.


- Это все алчность, - говорю я.


- Это что? - переспрашивает Джереми.


- Ненасытность, по другому. Иди и спроси Корин, - советую я ему. -  Она наверху, смотрит телевизор. Она так же думает. В этом вы схожи.


- Считаешь, я простил её? -  Негодует Джереми. - Я принципиально с ней не разговариваю. Она просто не...


- Знаю, знаю. Мне понятен твой принцип, но знаешь, милый, со временем тебе придётся отказаться от него.


- И не говори, что я отношусь к этому слишком серьёзно. Не может быть ничего хуже того, что она сделала, когда бросила моего отца и оставила меня на него и тебя, понимаешь?


- Да, понимаю, но только пока.


* Американская рок - группа из Лос - Анджелеса, штат Калифорния, образованная в 1991 году, чьи песни выражают революционные политические взгляды.