«Корысть» Чарльз Бакстер
(отрывок из произведения «Корысть» Чарльза Бакстера)
Мы возвращаемся домой, и вечером тема капитализма снова поднимается за обеденным столом. Кажется, мы семья революционеров. В этот раз это начинается с Джереми, который перед обедом приходит на кухню босиком, держа в руке свой айфон. Я сижу, пью чай. Ему шестнадцать или семнадцать, не помню точно. Обычно мы разговариваем об инопланетянах, и я притворяюсь, что верю в их существование, чтобы рассмешить его и в конце концов вернуть к Иисусу, но сегодня он смотрел что-то другое. На нем была футболка группы Rage Against the Machines, и я заметила, что он отращивает усы и, наконец, у него это получается.
– Я нахер не могу в это поверить, – он говорит мне. Меня не особо волнует, что он употребляет неприличные слова. Напротив, это меня забавляет, не знаю почему. – Бабуля Ди, ты любишь слонов?
– Очень люблю, – отвечаю я. – Хотя я никогда не видела их вживую.
Мы сидим за обеденным столом. Астрид готовит ужин, Уэсли что-то делает в гараже, а Коринн внизу воркует перед телевизором. Я не знаю, где Люси – думаю, читает где-то в доме.
– Они одни из лучших творений Бога, – говорю я. – Я знаю, что они скорбят по своим мертвым сородичам.
– Ты только посмотри на эту чертовщину, – возмущается он, показывая на экран своего телефона.
– Он слишком маленький, я не разгляжу.
– Хочешь, чтобы я прочитал? – спрашивает он. Какой же он все-таки красивый парень. Мне нравится проводить с ним время. Оказывается, так легко любить своих внуков, к этому даже не нужно прилагать никаких усилий. Наоборот, его лицо совсем немного напоминает мне о моем покойном муже.
– Конечно, – отвечаю я.
– Ну, здесь говорится о том, что слонов убивают.
– Что там? – Астрид спрашивает из-за плиты. – Убивают как?
– Так, в Зимбабве, государство, которое я знаю по урокам географии, как говорится в статье, они, люди, что живут там, насыпают цианид в воду в заповедниках, чтобы убить слонов. И у этих ублюдков есть доступ, как я понял, к промышленному цианиду, что они используют в золотопромышленности.
– Джереми, пожалуйста, следи за языком, – спокойно говорит Астрид. Теперь она нарезает помидоры кубиками.
– И они, ну отравленная вода, убили маленьких животных, гепардов, а потом стервятники съели тела мертвых гепардов, это как закусочная во дворце смерти на открытом воздухе, но по большей части цианид убил слонов, – он пристально смотрит на меня, будто виновата я. Но я стара. Я понимаю: взрослые ответственны за все. – Которые безобидны?
– Зачем они это сделали? – спрашиваю я.
– Убили слонов? Из-за слоновой кости. У них есть бивни.
– Как много слонов погибли? – поинтересовалась я.
– Тут говорится, восемьдесят, – отвечает Джереми. – Восемьдесят мертвых слонов, отравленных цианидом, лежат в куче. Боже, иногда я ненавижу людей.
– Да, – говорю я. – Это справедливо.
– Как думаете, что они делают со всеми этими бивнями? – спрашивает Астрид, помешивая соус.
– Вырезают на них, отвечаю я. – Они делают из них маленьких Будд. Убивают слонов и вырезают счастливых Будд. Потом они продают их американцам в светящихся витринах.
– Это ужасно, – восклицает Джереми. – Люди нахер больные. Эти слоны более человечны, черт возьми, чем сами люди.
– Это корысть, – говорю я.
– Это что? – спрашивает Джереми.
– Еще одно слово, означающее алчность. Иди и спроси Коринн, – ответила ему я. – Она наверху, смотрит телевизор. Она, как и ты, тоже против этого.
– Я все еще ее ненавижу, – произносит он. – Я не могу с ней говорить. Это моя политика. Она не была…
– Я знаю, я знаю, – остановила его я. – И твоя политика понятна. Но в конце концов тебе придется сдаться, милый.
– Не говори мне, что это не важно, потому что это было очень важно. Если бросить моего отца и оставить меня на тебя, это не так уж и важно, то ничего в этом мире не важно. Ты понимаешь?
– Да, – отвечаю я. – Я понимаю. Теперь.