Чудесные времена
Ньиша Долан

Следующим вечером я пересказала спор Джулиану. Потягивая свой косячок, он кивал и поддакивал в нужных местах.

— А ты раньше жил с кем-то на пару? — поинтересовалась я.

— Само собой — и в Оксфорде, и в Лондоне с самого начала. Нормальные в целом соседи. Один был совсем задрот, в мой последний год универа. Он писал диссертацию о какой-то экзистенциальной фигне. Ты бы видела — бродит тенью всё ночь напролет и тезисы бормочет. Пищу не признавал, пока не пропустит через здоровенный дурацкий блендер. Смузиед. На курсе, наверное, гением считался.

— Значит, своё жильё лучше?

— Не то слово.

Мы старательно обходили вниманием факт, что он больше не живёт один. Вино закончилось и он отправился за новой бутылкой. В подкладке джинсов на внутренней части бедра обнаружилась дырка. Я поковыряла её пальцем, но, услышав, что он возвращается, отдёрнула руку.

И спросила:

— А твоя последняя девушка какая была?

Он покрутил в руках стакан.

— Да нормальная. Её отослали обратно в Лондон.

— Давно?

— Пару месяцев уже.

— Скучаешь?

— Нет, ни капли. Не моё это — назад оглядываться.

Мы пили вино, погрузившись в блаженную тишину. Подушки у него классные, я заметила — галечный вельвет и сатин цвета золота со слоновой костью. Я подтянула одну и обернула вокруг груди.

— А когда говорил, что хочешь преподавать историю, — спросила я, — просто понтовался передо мной?

— На все сто. Я, конечно, рад за мечтателей, только мне бы в отдалённой перспективе заработать на дом.

О планах преподавать историю он упоминал при нашей первой встрече, и тогда я не поняла, шутит он или нет. Сейчас тоже было непонятно, и я спросила:

— А если бы можно было и свой дом, и заниматься чем хочешь?

— Я о таком не думал, в жизни так не бывает. Наверное, остался бы в Оксфорде, посвятил себя истории.

Смысла нет на этом зацикливаться. Я двумя руками за тех, кто верен своей мечте, но мне милее стабильность.

Выслушав замечание, я прикинула, что имело бы смысл.

— Бывает и хуже, — заметила я. — Когда у тебя ни мечты, ни стабильности.

— Давай проясним, Ава — ты о том, что мы оба разочаровавшиеся потеряшки, но я хотя бы в состоянии оплачивать квартиру?

— Как-то так, да.

— Истинные представители светлого будущего.

— Козлы-банкиры да паразиты.

— Не все банкиры козлы.

— Да-да, только ты.

— Только я.

— Как же легко болтать с тобой, — сказала я, понимая, как глупо это звучит. — Словно я существую, и кто-то способен это подтвердить.

— Это хорошо.

— Тебе нравится, что я здесь?

— Да, — ответил он. — Ты неплохая компания. И если мы здесь, и я не против делить это место с тобой, то почему бы и нет.

— Типа, тебе походит?

— Не «подходит». Будто бы я цинично расчётлив. А я лишь говорю, что в этом есть смысл.

Каким-то образом он оказался ближе ко мне на диване, чем секунду назад, хотя даже не шевелился.

— И если смысл пропадёт, больше не позовёшь? — спросила я.

— Интересуешься, свойственно ли мне упираться в бессмысленное?

Я потянулась за новой порцией выпивки. Наши колени соприкоснулись.

— Дай-ка я поухаживаю, — сказал он, и придвинулся ближе, наполняя мой стакан.

Я ждала.