Следующим вечером я рассказывала Джулиану о споре. Он затягивался сигаретой, к месту кивал и поддакивал.
− Ты жил с кем-нибудь? – спросила я.
− Конечно, в Оксфорде. И когда приехал в Лондон. Почти все соседи − люди как люди, но однажды попался конченый псих. Я тогда выпускался из универа. Он писал диссер о смысле жизни, по ночам шатался по комнате и бубнил себе под нос. Твердую пищу он не ел, только смузи: кидал продукты в гребаный блендер и делал жижу. Кажется, он был лучшим на своем курсе.
− То есть, одному комфортнее?
− Намного.
Мы промолчали о том, что он больше не живет один. Вино кончилось, и он пошел за новой бутылкой. На шве джинсов, между ног, у меня была дырка. Я поковырялась в ней и отдернула руку, когда услышала его шаги.
− А что за подружка была у тебя в последнее время? – спросила я.
Он покрутил пальцами стакан:
− Ничего так. Ее перевели обратно в Лондон.
− Давно?
− Несколько месяцев назад.
− Жалеешь?
− Нет, ни капельки. Что было, то прошло.
Мы пили вино в блаженной тишине. У него были красивые диванные подушки: из вельвета галечного цвета и сатина оттенка золота и слоновой кости. Я обняла одну из них.
− Ты как-то ляпнул, что хотел стать учителем истории, − сказала я. – Морочил мне голову?
− Конечно. Я рад за тех, кто учится, но у меня другой путь. Я лучше подумаю о собственном доме, который вряд ли куплю.
О преподавании он заговорил, когда мы впервые встретились, и я тогда не поняла, прикалывается он или нет. Я и сейчас этого не знала.
− А ты представь, что получил дом за красивые глаза, − предложила я.
− Я не привык жить иллюзиями. Наверное, я остался бы в Оксфорде и лучше учил историю. Но на фига мне эти фантазии? Кому хочется, пусть идет к высокой цели, а я предпочитаю стабильность.
Я задумалась о том, что он собирался доказать этими словами.
− Бывает и хуже, − сказала я. – Ни высокой цели, ни стабильности.
− Ава, пойми: мы с тобой деревяшки, мы разучились чувствовать. Но зато я могу снимать жилье.
− В общем-то, да.
− Мы – дивное новое поколение.
− Банковские работники-мудаки и бездельники.
− Не все работники банка – мудаки.
− Ага, только ты.
− Только я.
− Люблю с тобой болтать. – Я поняла, что брякнула лишнее. – При тебе я, вроде как, не пустое место.
− Хорошо.
− Ты рад, что позвал меня?
− Да, − сказал он. − Ты клевая. У меня свой угол, с тобой приятно, вот я тебя и позвал.
− Значит, я тебе выгодна.
− Это не выгода. С тобой я себе на уме – вот в чем смысл.
Он не двигался, но мне показалось, что он сидит ближе ко мне на диване.
− А просто так ты меня не позовешь? – спросила я.
− Тебе интересно, во всем ли я ищу смысл?
Я наклонилась, чтобы снова налить себе вина. Наши ноги соприкоснулись.
− Давай-ка я. – Он навис надо мной, наполняя стакан.
Я ждала.