Следующим вечером я пересказала спор Джулиану. В перерывах между затяжками сигары, он кивал и поддакивал, когда это было нужно.

-Ты жил с кем-нибудь в одной квартире? - спросила я.

- Да, конечно, в Оксфорде, и когда я только приехал в Лондон. Большинство были нормальными ребятами. Один тип, правда, был полный псих. Это был мой последний год в унике. Он писал диссертацию о сложности бытия. Он мог ходить целую ночь, бормоча что-то себе под нос. Ещё, он никогда не ел нормальной еды, а запихивал всё в свой огромный долбаный блендер. Питался одними смузи. Вроде бы, его диссертация была лучшей, в том году.

-Жить одному гораздо лучше, да?

- В принципе, да, лучше.

Никто из нас не заострил внимание на том, что, на самом деле, сейчас он живёт не один. Мы допили вино, и он решил сходить за следующей бутылкой. Шов моих джинсов разошёлся, рядом с бедром. Я осмотрела дыру, и быстро отдернула руку, как только услышала, что он возвращается.

Я спросила: ‘Какой была твоя последняя девушка?’

Он крутанул свой стакан. ’Она была ничего. Отправилась обратно в Лондон’

-Как давно это случилось?

- Несколько месяцев.

- Жалеешь?

- Нет. Я не оглядываюсь.

Мы выпили ещё, наслаждаясь молчанием. Я заметила, что диванные подушки были необычайно красивы: сатиновые, светло серого цвета. Я взяла одну и прижала к своей груди

-Раньше, ты говорил, что хочешь преподавать историю, - я снова начала разговор, - ты просто прикалывался надо мной?

- Именно, это занятие мне по душе, но я предпочту туманную перспективу иметь свой собственный дом.

О своём желании преподавать историю он сказал во время нашей первой встречи, и я не была, да и до сих пор не уверена, шутил ли он. Я спросила : ‘ А что, если, несмотря на всё что ты сделал, у тебя всё равно мог бы быть дом?’

- Я никогда не думал об этом, ведь это возможно, разве что, в другой жизни. Скорее всего, я бы остался в Оксфорде и занимался историей. Бесполезно зацикливаться на этом. Я очень уважаю людей, которые следуют своей страсти, но сам предпочитаю стабильность.

Я задумалась, серьёзно ли он говорил это?

- Могло быть и хуже, сказала я, у тебя могло не быть ни страсти, ни стабильности.

- Для ясности, как говорила Эйва: внутри мы оба мертвы, но я хоть могу заплатить аренду?

- Довольно точно.

- Мы как новые belle époque .

- Мудаки банкиры и неплательщики.

- Не все банкиры мудаки.

- Да, только ты

- Только я.

- Мне нравится говорить с тобой. - Сказала вдруг я, и тотчас поняла, что это прозвучало тупо. - Чувствую себя уверенней, когда меня воспринимают всерьёз.

- Хорошо.

-Тебе нравится быть со мной?

- Да - Сказал он. - Ты хорошая собеседница. Мне нравится это место, и нравится быть здесь с тобой, так почему бы и нет?

- Ты имеешь ввиду, тебе это удобно?

- Не “удобно”. Это звучит слишком расчётливо. Я хотел сказать, что в этом есть смысл.

Хотя он и не сдвинулся с места, казалось, что он сидит на диване несколько ближе, чем секунду назад.

- А если смысл пропадёт, ты прекратишь приглашать меня? - Спросила я.

- Ты хотела спросить, стал бы делать что-то, что не имеет смысла?

Я наклонилась, чтобы снова наполнить свой стакан. Ноги соприкоснулись.

- Позволь мне. - Наливая вино, он наклонился ближе.

Я ждала.