"Захватывающие времена", автор: Наис Долан


На следующий вечер я рассказала об этом споре Джулиану. Затягиваясь сигаретой, он кивал и поддакивал везде, где нужно.

– У тебя были соседи по квартире? – спросила я.

– Да, конечно, в Оксфорде, и поначалу в Лондоне. Почти все были нормальными. Один был чокнутый на всю голову. Я как раз заканчивал универ. Он писал диссертацию по какой-то экзистенциальной фигне. Ты бы слышала, как он ходил ночами и бормотал всякую галиматью. И он никогда не ел ничего твердого – всё измельчал в огромном, мать его, блендере. Пил только смузи. Кажется, он закончил лучше всех в тот год.

– Лучше жить отдельно, да?

– Гораздо.

Никто из нас даже не заикнулся, что мы больше не живем одни. Мы допили вино, и он пошел ещё за одной бутылкой. У меня джинсы протёрлись по внутреннему шву между ног. Я сунула в дырку палец, а когда услышала, что он возвращается, отдёрнула руку.

Я сказала:

– Опиши девушку, с которой ты встречался последней.

Он покрутил бокал.

– Красивая была. Ей пришлось вернуться в Лондон.

– Давно?

– Уже несколько месяцев прошло.

– Жалеешь?

– Ни капли. Было и было.

Мы молча пили вино, и нас эти ни капли не смущало. Я заметила, что у него чудесные подушки: из бежевого вельвета, оранжевого и кремового сатина. Я взяла одну и прижала к груди.

– Ты говорил, что хочешь стать учителем истории, – сказала я, – ты же не серьёзно?

– Естественно. Если кому-то хочется, ну что ж, флаг ему в руки, но сам я лучше подожду, вдруг получится купить дом.

Он упомянул о преподавании истории, когда мы увиделись впервые, и я так и не поняла, шутит он или нет. Понятнее не стало. Я сказала:

– А если бы ты мог купить дом, независимо от профессии?

– Зачем об этом думать, если в жизни такого не бывает? Наверное, я бы остался в Оксфорде и дальше изучал историю. Какой смысл мечтать об этом? Мне, конечно, нравятся те, кто делают, что хотят, но стабильность лучше.

Мне стало интересно, он сказал про смысл говорить об этом или вообще.

– Могло быть и хуже, – сказала я. – Бывает и так, что не получается делать, что хочешь, и стабильности тоже нет.

– Давай начистоту, Эйва: мы оба не очень жизнерадостные, но, по крайней мере, у меня получается платить за квартиру.

– Вполне.

– Мы прям новая прекрасная эпоха.

– Ага, мудаки-банкиры и нищие.

– Не все же банкиры – мудаки.

– Ну да, только ты.

– Только я.

– Мне нравится болтать с тобой, – сказала я – довольно глупо, признаю. – Увереннее себя чувствую, будто кто-то подтверждает, что я настоящая.

– Хорошо.

– Тебе нравится, когда я здесь?

– Да, – сказал он. – С тобой хорошо. Раз у меня есть эта квартира, и мне нравится, когда ты здесь, зачем от этого отказываться.

– Значит, тебе это подходит.

– Не то, чтобы прям "подходит". Будто бы я какой-то расчётливый. Просто нравится.

Показалось, будто он пересел ближе, чем минуту назад, хотя он даже не двинулся.

– Если бы больше не нравилось, ты бы меня не звал, да? – спросила я.

– Думаешь, я стану что-то делать через силу?
Я наклонилась долить вина. Наши ноги соприкоснулись.

– Дай я, – сказал он, и он склонился совсем близко, когда наливал.

Я ждала.