Exciting Times by Naoise Dolan


На следующий день я рассказала Джулиану о словесной перепалке. Он курил и там, где нужно, кивал и поддакивал.


— А ты когда-нибудь жил вскладчину? – спросила я.


— Конечно. Сначала в Оксфорде, потом в Лондоне, когда только начал там работать. Все, в принципе, были нормальные. На последнем курсе один только попался больной какой-то. Писал диплом что-то о смысле жизни. По ночам ходил взад-вперед, бормотал себе под нос. Ел только жидкое: все перемалывал в своем чертовом блендере; питался исключительно смузи. Выпустился, кажется, первым.


— Все-таки лучше, когда у тебя свой угол?


— Не то слово!


Про то, что он уже, вообще-то, жил не один, мы умолчали. Допили вино; Джулиан пошел за второй бутылкой. У меня на джинсах немного разошелся внутренний шов. Я стала теребить дырку и, как только послышались шаги, резко отдернула руку.


— Расскажи про свою последнюю девушку, – попросила я.


Джулиан неторопливо покрутил бокал:
— Да нормальная была. Ее отправили обратно в Лондон.


— Когда?


— Несколько месяцев назад.


— Жалеешь?


— Нисколько. Обычно прошлым не живу.


Мы молча пили вино и наслаждались тишиной. Я заметила какие красивые у него были диванные подушки: бежевые сатиновые с золотистым узором и вельветовые. Взяла одну и крепко прижала к себе.


— Ты помнишь, говорил, что хотел преподавать историю, – сказала я. – Это ты правда свистел?


— Абсолютно. Рад, что этим занимаются другие. Отдаленная перспектива купить дом меня куда больше привлекает.


Он рассказал мне эту байку о преподавании истории в первый же вечер знакомства. И я до сих пор точно не знала шутил он или нет.


— А что, если бы ты мог купить дом и не важно чем бы ты занимался? – спросила я.


— Да как-то об этом даже и не думал. Нам точно такое не грозит. Я, может быть, остался бы в Оксфорде и продолжил изучать историю. Но смысла сейчас об этом говорить нет. Уважаю всех, кто занимается чем-то по зову сердца, но сам предпочитаю стабильность.


А я подумала, не имеет ли он в виду что-то еще.


— Могло быть и хуже, – ответила я. – Сердце могло бы никуда не звать и стабильности могло бы не быть.


— Эйва, давай только по-честному. Мы ведь оба пусты. По-крайней мере, я в состоянии снимать жилье.


— Ну да.


— Мы настоящии представители новой бэль эпок.


— Мудаки-банкиры и трутни.


— Не все банкиры мудаки.


— Ага, только ты.


— Только я.


— Мне нравиться с тобой разговаривать, – ляпнула я и тут же поняла, как глупо прозвучала. – Я себя чувствую настоящей. Ну, как будто кто-то подтверждает, что я существую на самом деле.


— Это хорошо.


— Тебе нравится, что я здесь?


— Да, – ответил Джулиан. – С тобой хорошо. К тому же, если у меня есть эта квартира и мне нравится, что ты здесь живешь, то и причин, чтобы не было хорошо, нет.


— То есть, тебя все устравивает.


— Не «устраивает». Ты так говоришь, будто я все просчитываю. Я говорю, что это логично.


Казалось, он теперь сидел ближе, чем всего лишь минуту назад, хоть и не шолохнулся.


— То есть ты перестанешь меня звать к себе, если станет не логично? – спросила я.


— Ты хочешь знать, буду ли я что-то делать, если не буду в этом видеть логики?


Я потянулась, чтобы наполнить бокал. Наши колени коснулись.


— Давай я, – сказал он и наливая близко наклонился.


Я замерла.