На следующий вечер я пересказывала Джулиану вчерашний спор. Он курил, между затяжками одобрительно кивал.

- Ты когда-нибудь снимал квартиру с соседями? – спросила я.

- Конечно. В Оксфорде. И потом, когда переехал в Лондон. Милейшие люди. Один вообще был полным психом. Я тогда заканчивал универ. Он работал над каким-то мудреным философским трактатом и мог ночь напролет ходить по комнате и что-то бормотать. А еще он никогда не ел твердую пищу, все измельчал в долбаном блендере. Вся жизнь на смузи. Уверен, он был лучшим студентом курса.

- То есть жить отдельно лучше?

- Определенно.

Стоит отметить, что на самом деле он никогда не жил один. Мы допили бутылку вина, и он вышел за другой. На моих джинсах шов в районе бедра немного разошелся, я засунула палец в дырку. Услышав его шаги, я отдернула руку.

- Какой была твоя последняя девушка?

Он покрутил бокал.

- Милой. Ее отправили обратно в Лондон.

- Давно?

- Несколько месяцев назад.

- Жалеешь?

- Нет. Не имею привычки застревать на прошлом.

Мы пили вино и наслаждались тишиной. Я посмотрела на диванные подушки. Они великолепны: бархатные, золотые и цвета слоновой кости. Я взяла одну из них и прижала к себе.

- Ты говорил, что хотел стать учителем истории. Ты тогда пошутил?

- Безусловно. Прекрасно, когда кто-то находят себя в учительстве, но мне больше нравится хоть и туманная, но перспектива иметь свой дом.

Во время нашей первой встречи он упомянул, что хотел преподавать историю, но тогда я подумала, что он шутит. Я до сих пор в этом не уверена.

- Сейчас любая профессия дает возможность купить дом, - заметила я.

- Зачем думать о том, что могло бы быть? Наверное, надо было оставаться в Оксфорде и продолжать изучать историю. Но я уже этого не сделал. Я уважаю людей, нашедших свое место в жизни, но для себя предпочитаю стабильность.

Возможно, он прав.

- А ты не думал, что можешь не найти призвание и потерять стабильность.

- Говоря откровенно, Ава, все мы в жизни что-то теряем, но сейчас я хотя бы могу оплачивать квартиру.

- Замечательно.

- Мы живем в новую Прекрасную эпоху.

- Засранцы и бездельники банкиры.

- Не все банкиры засранцы.

- Да, только ты.

- Только я.

- Мне нравятся наши с тобой разговоры, - сказала я и поняла, как глупо прозвучала. – Я чувствую себя цельной, настоящей.

- Здорово.

- Тебе приятно, когда я прихожу?

- Да, ты прекрасный собеседник. У меня есть эта квартира, и ты можешь проводить здесь время.

- Ты имеешь ввиду, что тебе так удобно?

- Нет, не совсем так. Звучит, как будто я дружу с тобой по расчету. А я говорю об ощущениях.

Мне показалось, что сейчас он сидит чуть ближе, хотя не делал не малейшего движения.

- Если твои ощущения изменятся, ты скажешь мне? – спросила я.

- Ты имеешь ввиду, буду ли я делать что-то, что мне не нравится?

Я потянулась, чтобы налить еще вина и коснулась его ногой.

- Давай я, - он наполнял бокал, теперь мы сидели совсем близко.

Я замерла.