Иан Страсфогель "Операленд"

Когда репетиция, наконец-то, подошла к концу, Эгон отвел меня в сторону и сказал: “Этот тенор ужасен”.

“Он грубый. Он не поставлен. Я лично займусь им”.

"Не поможет".

“Знаешь ли, я вполне образован. Уверен, что смогу уменьшить количество его ярких вольностей”.

“А его упущения, отсутствие утонченности? Что ты будешь с этим делать?»

“Эгон, я думал это по твоей части”.

“Ну конечно, только этот человек настолько не музыкален, что даже не держит темп”. Как и Эгон, но я лучше промолчу.

“Сюда, сюда, это всего лишь первая репетиция. Дайте ему шанс, он исправится”.

“Ни в этой жизни”.

“Либер Эгон, где же твой врожденный оптимизм?”

“У меня его нет. Я венец.” Скорее всего, мне нравилось его тонкое чувство юмора, больше, чем неуклюжее дирижирование. Я повторил, что мы действительно должны дать бедняге шанс. Эгон был настроен скептически, а Полина, которая следила за каждым нашим словом, начала поэтично рассказывать о своей последней поездке в Брюссель. Ее партнером был неотразимый мексиканец Хорхе Альворадо – ростом шесть футов, около тридцати, с теплым голосом, словно неаполитанское солнце. “Все это восхитительно, Кара”, - сказал я. “Но это только наша первая репетиция”.

“Еще раз и мы уходим”, - ответила она.

“Уходить собираешься? А как же контракты?”

“Мы не подписывались на вечер самодеятельности. Глупо считать, что я буду репетировать до смерти только для того, чтобы ублажить какого-то продавца обуви”.

“Вообще-то, машины. Он продает машины.”

“Это не лучше, он загрязняет атмосферу”, - сказал Эгон. “Ему абсолютно не место в опере”.

“Эгон, мы должны иметь терпение”.

“Варум?”

“Для начала, подписанные контракты. Кроме того, Ричард чувствует себя лучше к концу репетиции.”

“Лучше не всегда означает хорошо”, - ответила Полина.

“Еще есть время найти замену. Если вы действительно так думаете, вам следует немедленно поговорить с руководством”.

“Ох, этот глупец Дженнингс ничего не понимает”. Эгон был прав. Роджер Дженнингс был нанят директором оперы Калгари, потому что помог местной компании зерна получить прибыль. Совет попечителей, при всей своей мудрости, решил, что он мог бы сделать то же самое и для оперы. Но вскоре они разуверились и остались с посредственным менеджером. “Мы поднимаем этот вопрос с Дженнингсом, я беспокоюсь”, - сказал Эгон. “Он найдет нам кого похуже”.

“К сожалению, это единственная возможность, Сала”.

“Что же нам делать?” - спросила Полина.

“Как насчет этого? Следующие несколько дней мы работаем только со вторым актом, для которого не требуется тенор. В это время я проведу с Ричардом несколько интенсивных частных уроков. Кто знает, может случится чудо?.”

“А может, и нет”, - сказала Полина.

Перспектива частных уроков с Ричардом привела меня в шок. Как, черт возьми, я собираюсь превратить из неуклюжего мужчины средних лет хотя бы в слабое подобие любовника Пуччини?

Ричард сопротивлялся мне на каждом шагу не потому, что он был вреден или высокомерен, а потому, что он был совершенно неподготовлен. Он брал исключительно уроки вокала и музыки, но никак не актерского мастерства. А именно они были самыми нужными и сложными, какими бы легкими оно ни казались для многих на первый взгляд. Этому нельзя научиться мгновенно. Я пытался убедить Ричарда, что актерская игра – это реакция на все происходящее вокруг, нужно раствориться в этом. Но для него это казалось недосягаемо, он возвращался к позированию и позерству снова и снова. Я жаждал увидеть хотя бы надежду на прогресс. Увы, напрасно. Совершенно напрасно.

В моей пучине отчаяния действительно мелькнули несколько слабых лучей света. Ричард сумел применить практические советы. Он следовал только четким и простым инструкциям, пока они были вдалеке от таких нематериальных вещей, как что-то заслуживающее доверия или похожее на жизнь поведение. Я уговорил его перестать петь за кулисами. Он научился так поворачиваться, будто бы к своему партнеру и к публике. И даже отказался от манер робота.

После трех дней напряженной работы он казался менее грубым и неуклюжим. Был ли он страстным молодым любовником? Был ли он убедительным Пинкертоном? Скорее всего нет.