The Mirage by Matt Ruff

Темная расплывчатая фигура возникла у подножия кровати, и на мгновение Мустафе показалось, что перед ним сатана. Конечно, эта мысль была нелепой. Сатана не является в сиянии света, он подкрадывается сзади и нашептывает в ухо.

Фигура спросила:

- Ты смотрел «Аль-Джазиру»?

Нет, это был не сатана. Всего лишь начальник.

- Привет, Фарук, - просипел Мустафа. Подняв руку к шее, он нащупал толстую повязку, покрывающую рану.

- Я спрашиваю потому, - продолжил Фарук, - что на канале «Аль-Джазира» наших борцов за правду теперь называют «убийцами, использующими взрывное устройство». – Он покачал головой. – Непонятно, почему «убийцами»? Если человек делает бомбу, разумеется, он делает это для убийства. Наши же друзья хороши в самоубийствах.

На тумбочке стояли кувшин с водой и два стакана. Мустафа не торопясь налил себе воды.

- Я думал, что смогу взять его живым,- наконец сказал он.

- Ты говоришь так, будто это было реально.

- Он лежал на земле, Фарук, я держал пистолет у его головы. Он должен был сдаться.

- Да, любой разумный преступник так и поступил бы. – Фарук вынул что-то из кармана пиджака и протянул Мустафе: – Полюбуйся, сувенир.

Мустафа повертел в руках небольшой предмет из полированной стали, пока не понял, что это зажигалка.

- Была у него в кармане, - сказал Фарук.

- Откуда ты знал …

- Что ты попросил у него зажигалку? Я знаю все. Скорее всего, таким образом ты хотел убрать его руку с детонатора. Это было бы отличным ходом, если бы потом ты выстрелил в него.

Мустафа нашел кнопку, и из зажигалки вырвался шипящий язык синего пламени.

– Он что, пытался поджечь взрывное устройство?

- Нет, себя. Вскрытие выявило ожоги внутренней части бедра и гениталий. – При этих словах Мустафа бросил быстрый взгляд на Фарука, и тот пожал плечами. – Может быть, он боролся с искушением сдаться. Может, хотел получить всплеск адреналина. Как бы то ни было, ты пытался вести разумные переговоры с человеком, который скорее выжжет себе мужское достоинство, чем позволит взять себя живым… И ты скажешь, что Фадва здесь ни при чем?

- Фарук…

- Мне все известно. Я знаю, что в прошлом месяце наконец было сделано официальное объявление. Учитывая это, я еще могу понять некоторые твои идиотские выходки. Но желание расстаться с жизнью не укладывается ни в какие рамки.

- Я не пытаюсь убить себя из-за Фадвы, Фарук.

- Нет? В чем тогда причина, в другой жене?

- Ты звонил Нур.

- Конечно, звонил. И знаешь, что она сказала, узнав, что ты в больнице?

- Она спросила, не умираю ли я. А когда ты ответил, что нет, она просила тебя перезвонить, если что-нибудь изменится.

- Практически слово в слово. Какая женщина может говорить так о своем муже?

- Ты уже сам сказал: другая жена.

Фарук снова покачал головой:

- Чем больше я узнаю о многоженстве, тем больше благодарю Бога за то, что он сделал меня христианином.