«Мираж», автор Мэтт Рафф.

Напротив кровати замер чей-то силуэт, и на мгновение, пока глаза не привыкли, в голове Мустафы скользнула шальная мысль, что это Сатана. Конечно, это невозможно. Сатана никогда не является. Его манера – искушать исподтишка.
Силуэт поинтересовался:
- Ты смотришь «Аль-Джазиру»?
Никакой это не Сатана, всего лишь начальник Мустафы.
- Здравствуй, Фарук, - голос прозвучал хрипло и еле слышно.
Протянув руку, Мустафа нащупал толстую повязку на шее - там, где его полоснули.
- Видишь ли, - продолжил Фарук, - их дикторы взяли в моду звать наших пламенных друзей «подрывники-убийцы».
Он покачал головой.
- Подрывники-_убийцы_… Бессмыслица какая-то. Ведь очевидно, что тот, кто мастерит бомбу, собрался убивать. Лучше бы подчёркивали, что они _самоубийцы_.
Заметив на прикроватном столике графин с водой, Мустафа не спеша наполнил один из стаканов.
- Я думал, что мне удастся взять его живым, - после продолжительной паузы сказал он.
- Ты говоришь так, будто ни капли в этом не сомневался.
- Он уже был у меня в руках, я обыграл его и держал пистолет у его виска, Фарук. Он должен был сдаться.
- Да, пожалуй, здравомыслящий преступник так бы и поступил.
Фарук порылся в кармане пиджака и извлёк оттуда маленький предмет.
- Это тебе, - сказал он, протягивая его Мустафе. - На память.
Мустафа пару раз повертел в руках длинную вещицу из гладкой стали, прежде чем понял, что это зажигалка.
- Нашли у него в кармане, - объяснил Фарук.
- Но как ты узнал?..
- О том, что ты попросил у него прикурить? Я знаю всё обо всём. Я так понимаю, ты задумал это с целью убрать его руку со взрывателя. Идея была просто блестящая, вот если бы после этого ты всё-таки сделал выстрел.
Мустафа нажал на кнопку, и из зажигалки с шипением стройно вырвалось голубое пламя.
- Он попытался поджечь взрывчатку?
- Нет, себя. На вскрытии обнаружили ожоги на внутренней поверхности бедра и гениталиях.
Мустафа удивленно вскинул на него глаза, Фарук лишь пожал плечами.
- Может, так он боролся с искушением сдаться. Или просто захотел адреналина. В любом случае ты пытался вразумить человека, который предпочёл бы спалить дотла собственный член, нежели сдаться живым… А теперь скажи, что Фадва здесь ни при чём.
- Фарук…
- Как я уже говорил, мне известно всё. В том числе и то, что в прошлом месяце, наконец, поступило официальное заявление. В связи с этим, я мог бы закрыть глаза на некоторые безумные выходки. Но стремление к смерти – это уже чересчур.
- Я не ищу смерти из-за Фадвы, Фарук.
- Вот как? Тогда причина кроется в другой жене?
- Так ты звонил Нур.
- Само собой, я ей позвонил. И знаешь, что она сказала, узнав, что ты в больнице?
- Она поинтересовалась, при смерти ли я. И когда ты ответил отрицательно, попросила тебя связаться с ней, когда я соберусь в мир иной.
- Практически слово в слово. Что за женщина так отзывается о муже?
- Ты уже сам дал ответ: другая жена.
Фарук снова покачал головой.
- Чем больше я узнаю о многожёнстве, тем больше понимаю, что быть христианином – это дар божий.