Мэтт Рафф
Мираж

Возле больничной койки он увидел темную фигуру. И, прежде чем картинка прояснилась, Мустафа на секунду подумал, что пришел сам Дьявол. Но это полная чушь, конечно. Дьявол никогда не выходит на свет, он подкрадывается в тени и нашептывает на ухо.

Человек из темноты спросил:
– Ты насмотрелся новостей на Аль-Джазире?

Да, точно не Дьявол. Это был босс Мустафы.
– Здравствуй, Фарук – сказал он и тихо выдохнул. Затем он дотронулся до шеи и нащупал повязку на месте пореза.

– Ведь именно они, – продолжил Фарук, – аль-джазировские дикторы, повадились называть наших приятелей наемников не «террористами-смертниками», а «смертниками-убийцами». Но в чем логика? Если кто-то решил нацепить на себя бомбу, то, естественно, он хочет убить кого-то рядом. Слово «смерть» в обоих названиях уже говорит само за себя.

Мустафа не спешил с ответом. На тумбочке стоял кувшин, и он решил налить себе стакан воды. Наконец он сказал:
– Я надеялся взять его живым.

– Звучит, как будто ты и правда в это веришь.

– Фарук, я повалил его на землю и приставил ствол к виску. Он должен был сдаться.

– Да, рассудительный преступник так бы и поступил.
Фарук что-то вытащил из кармана пиджака.
– Держи, – сказал он, протягивая это Мустафе. – Сувенир.

Мустафа несколько раз повертел в руках тонкий гладкий кусочек стали, прежде чем понял, что это зажигалка.

– Нашел у него в кармане. – сказал Фарук.

– Откуда ты знаешь, что…

– Что ты просил у него прикурить? Я всегда все знаю. Я догадался, что это был хитрый ход, чтобы заставить его убрать руку с детонатора. Если бы сразу после этого ты пальнул ему в лицо, то план был бы гениальным.

Мустафа нажал на кнопку и острый язык голубого пламени вырвался наружу с шипением.
– Он хотел поджечь взрывчатку?

– Нет, он хотел поджечь себя. На осмотре тела перед вскрытием обнаружили ожоги на внутренней части бедер и гениталиях. – Мустафа заметил, как Фарук пожал плечами. – Может так он хотел побороть желание сдаться в плен. А может, просто, хотел получить выброс адреналина, кто знает. Суть в том, что ты зачем-то пытался договориться с человеком, который скорее сожжет свой член, чем сдастся живым... Это все из-за Фадвы, да?

– Фарук, …

– Я же говорю, что я всегда все знаю. Как и то, что месяц назад пришло официальное извещение. Конечно, этим можно было бы объяснить кучу твоих идиотских поступков. Но хотеть умереть…– это за гранью моего понимания.

– Фарук, я не ищу смерти из-за Фадвы.

– Точно? А в чем тогда дело? Это все из-за второй жены?

– Ты что, позвонил Нур?

– Конечно я позвонил Нур. Знаешь, что она мне сказал, когда услышала, что ты в больнице?

– Сказала, чтобы ты позвонил, если я буду при смерти. А до тех пор, не беспокоил ее звонками.

– Почти слово в слово. Это кем надо быть, чтобы так относиться к собственному мужу?

– Ну ты сам сказал: надо быть второй женой.

Фарук покачал головой:
– Чем больше я узнаю о многоженстве, тем больше я благодарю Бога, что я христианин.